Автор: admin

«Если руководствоваться даже скромными прогнозами в связи с развитием шельфа, и в целом инфраструктуры, мы к 2022 году можем подойти к загрузке Севморпути в объеме до 40 млн тонн грузов», — заявил Заместитель Председателя Правительства РФ Дмитрий Рогозин в ходе заседания Государственной комиссии по вопросам развития Арктики, состоявшемся 29 марта в Архангельске. Это фактически в десять раз больше, чем было в 2014 году», — добавил он.

В этой связи, по его словам, остро стоит вопрос о развитии ледокольного флота страны. Он напомнил, что на верфях строятся три современных ледокола. Однако, отметил, Рогозин, ледоколов может потребоваться больше.

Учитывая сроки строительства, решение о создании новых ледоколов надо принять в ближайшее время, — заключил Рогозин.

Генеральная прокуратура России планирует создать Полярную прокуратуру, которая будет вести надзор за природоохранным законодательством в арктических районах. Об этом сообщил на ежегодной встрече генпрокурора РФ Юрия Чайки с членами Общественной палаты РФ первый замгенпрокурора Александр Буксман.

"Мы собираемся создать Полярную прокуратуру, потому что там (в Заполярье — прим. ТАСС) есть специфические вопросы", — сказал Буксман.

Он напомнил, что сейчас в Арктике проводится большая работа. "Загрязнения там очень много", — напомнил первый замгенпрокурора. Вопросам соблюдения природоохранного законодательства была посвящена коллегия Генпрокуратуры, прошедшая в прошлом году за Полярным кругом.

В качестве примера такой работы Буксман привел созданную Амурскую природоохранную прокуратуру. "Есть большие вопросы, которые охватывают несколько регионов. Необходим координационный орган, который должен обеспечить законность (в сфере охраны природы) на всем протяжении Амурского бассейна", — отметил он.

Источник

Климатические изменения в Арктике, таяние арктических льдов и вечной мерзлоты приводят к необратимым изменениям в климате других регионов Земли. Россия, обладающая самой большой территорией в Арктике, заинтересована в ее освоении, учитывающем влияние процессов глобального потепления.

О связи между климатом в Арктике и жарой лета 2010 года в Москве, об опасности айсбергов для нефтяных платформ, а также о перспективах ратификации и выполнения Парижского соглашения по климату в интервью ТАСС в преддверии международного арктического форума "Арктика — территория диалога" рассказал советник и специальный представитель президента по вопросам климата Александр Бедрицкий. 

— Как вы оцениваете влияние глобального потепления на Арктику? Что несет России в среднесрочной и долгосрочной перспективе изменение климата в Арктической зоне?

— Арктику можно назвать самым уязвимым регионом, поскольку изменения там влияют на другие регионы мира. Чего только стоит потенциал полярного льда Гренландии — если он растает, уровень океана поднимется на семь метров. И хотя этот процесс может происходить в течение сотен лет, он многих пугает. Таяние арктического льда — это экспорт пресной воды в Атлантический океан. Если эти процессы будут продолжаться, пресная вода будет давить на теплое течение Гольфстрим, прижимать его ко дну. Тогда тепловое излучение океана уменьшится, и Европа начнет замерзать. Процесс этот длительный и может растянуться на сотни лет. Вместе с тем, по оценкам американских экспертов, опубликованным в начале 2000-х годов, это должно было произойти уже к 2008 году. Но мы знаем, что этот прогноз не оправдался.

Арктический регион заслуженно стал приоритетной темой для решения социальных, экономических и научных задач и для нашей страны. Россия обладает самой большой территорией в Арктике, там живут люди — малочисленные народы со своим укладом. В связи с тем, что ресурсная база на обычных территориях постепенно истощается и взор обращается к потенциальным богатствам Арктического региона, появляется потребность в решении социальных вопросов. На первый план выходят вопросы обеспечения традиционных методов хозяйствования коренных народов, сохранения для них естественной области жизнедеятельности, поддержания здоровья.

Климатические изменения вызывают появление явлений, например айсбергов, там, где они раньше не наблюдались. Строить и эксплуатировать нефтедобывающие платформы или дрейфующие станции нужно с учетом этой реальности. Выбор места для размещения таких платформ должен осуществляться с учетом течения, ветровых сезонных характеристик, потому что именно они приводят к перемещению не только айсбергов, но и больших полей льда.

Изменение климата в Арктике по-разному сказывается на экономике континентальной части страны. Из-за долгосрочных эффектов от потепления разовые опасные явления становятся более масштабными, экстремальные значения температур расширяются, длительность воздействия увеличивается. Все помнят период жары в 2010 году — температуру 25–30 градусов в течение двух дней пережить можно, но не тогда, когда это длится два месяца. Или, например, у нас никогда не было таких дождевых паводков, как на Амуре, когда весь бассейн — тысячи километров — был охвачен этими явлениями.

— Какими методами можно бороться с этими явлениями?

— К борьбе с экстремальными явлениями нужно подходить с точки зрения конкретной территории, в отраслевом разрезе. Например, таяние вечной мерзлоты и повышение температуры — это проблема долгосрочного характера, и надо разрабатывать новые строительные нормы и долгосрочные планы по укреплению и модернизации всей инфраструктуры для того, чтобы она не развалилась. Если в районах, где нет сплошной вечной мерзлоты, дом попадает "на линзу" (участок, на котором грунт не замерзает полностью и оттаивает летом. — Прим. ТАСС), возможности несущей конструкции меняются, и дома начинают разрушаться.

— Какие у вас ожидания от IV Арктического форума, ждете ли вы объявления о крупных международных проектах? Какие инициативы нужны в контексте освоения Арктики?

— Я думаю, эта конференция будет событием всемирного значения. Не случайно на эти конференции приезжают и руководители стран. Международное сотрудничество в области изучения происходящих в Арктике процессов необходимо. Любая экономическая деятельность, любые проекты социального характера должны использовать научные знания о тех наблюдаемых изменениях, о тенденциях и прогнозах этих изменений. Регион надо изучать на основе скоординированных международных усилий, с привлечением стран, которые сейчас не состоят в Арктическом совете даже в качестве наблюдателей. Эти вопросы будут подниматься, и я думаю, что и эта конференция сыграет позитивную роль.

Необходимо расширение взаимопонимания в результате таких форумов. В течение Международного полярного года (проводился в 2007–2008 годах. — Прим. ТАСС) было реализовано очень много международных проектов. Поскольку акцент делался на научном изучении, удалось привлечь много средств и сил. Поэтому различные аспекты жизнедеятельности в Арктическом регионе получили возможность исследования и научного обоснования. Такие крупные конференции, как Арктический форум, имеют научно-практическое и политическое значение, дают стимул новым проектам. Думаю, что главная тема форума — "Человек в Арктике" — ориентирует и науку, и бизнес, и любые направления, обеспечивающие жизнь человека, на интересы человека — как живущего в Арктике, так и осваивающего ее. Раньше вопрос так не ставился. Цель именно этой конференции сформулирована как обсуждение жизни человека в Арктике. Он должен комфортно себя чувствовать в регионе, должен работать, понимая, что он не потеряет здоровье и что даже экстремальные условия можно нейтрализовать. Также он должен осознавать, что Арктика — это прекрасная часть Земли, и потомкам нужно оставить не горы бочек и грязи, а ресурсы и условия для жизни.

— Как не повторить негативный советский опыт прихода в Арктику на новом этапе освоения территории?

— Разница состоит в том, что в советское время принимались планы, под реализацию которых выделялись средства. В планах в качестве результата не фигурировали объемы вывезенного мусора, бочек и т. д. Сейчас расходование государственных средств на конкретные задачи обставлено достаточно жестким экологическим законодательством, например в ожидаемом результате программы повышения энергоэффективности и развития электроэнергетики фигурирует сокращение выбросов парниковых газов. Появились новые требования к нормированию, к обращению с отходами, к ответственности за загрязнение природной среды. Конкретные субъекты — компании — не могут позволить себе вкладывать деньги в эксплуатацию и не выполнять экологические требования. До сих пор участие государства в масштабных проектах достаточно сильное — ни один инвестор не потянет их в одиночку. Нужна инициатива, интеллектуальный вклад, организационный вклад со стороны инвесторов и частных компаний, но на таких масштабах, как Арктика, многое должно делать государство. Особенно это касается транспортных возможностей — морских судов, среднемагистральных самолетов и даже экранопланов, они как раз очень подходят для использования на Севере, могут беспрепятственно лететь над тундрой, над поверхностью моря, надо льдом.

— Если вернуться к научному сотрудничеству, насколько актуально создание международных полярных станций, на которых бы работали, например, ученые нескольких приарктических государств?

— У нас есть такой проект, он начинался в середине 2000-х. Есть проект по изучению климатической проблематики в Якутии, потому что арктические процессы потепления дают обратную связь — дополнительное поступление парникового газа метана в атмосферу, чем усиливают процесс потепления. Международные проекты нужны и важны, и мы заинтересованы в том, чтобы они организовывались не только на территории нашей страны, но и, например, на территории США. 

— По разным оценкам, природные бедствия "стоят" России 30–60 миллиардов рублей в год. Одной из возможных мер предотвращения такого ущерба считается создание систем раннего предупреждения природных бедствий. Прорабатываются ли инициативы создания таких систем между приарктическими государствами?

— Существует международная инициатива предотвращения опасных стихийных бедствий — там больше занимаются вопросами последствий, хотя и прогнозирование, и предупреждение стихийных бедствий там присутствуют. Остальным занимается Всемирная метеорологическая организация (ВМО) — там есть система интеграции международных наблюдений. Последние годы вводятся международные системы предупреждения — они есть в каждой стране, но не у всех одинаковые возможности. В Арктическом регионе тоже существует сотрудничество по этому вопросу — у нас даже международная лаборатория есть в Арктическом и Антарктическом институте. И их центр сбора оперативной арктической информации и предупреждения связан с нашими партнерами. Без этого в Арктике невозможно работать.

— Почти год назад вице-премьер Хлопонин от имени Российской Федерации подписал Парижское соглашение, но оно до сих пор не ратифицировано. Когда будет предложено ратифицировать соглашение? Насколько в целом этот документ "устойчив"?

— Парижское соглашение носит общий характер, оно не содержит жестких норм. Цели, которые там обозначены, — прилагать усилия с тем, чтобы не допустить повышения температуры больше чем на 2 градуса Цельсия до конца XXI века, разработать стратегии низкоуглеродного развития — приняты всеми странами. Поэтому свои обязательства до 2030 года мы продекларировали, а с ратификацией соглашения спешки нет. К 2020 году мы завершим разработку стратегии низкоуглеродного развития, которая должна потом быть интегрирована в стратегические документы и планы по адаптации. Мы оценим климатические риски с экономической и социальной точки зрения, определим модель государственного регулирования, выберем модель стимулирования снижения выбросов парниковых газов. На этот счет нет никаких готовых рецептов — нам не нужны финансовые инструменты торговли квотами для биржевых спекулянтов, нам нужна система стимулирования снижения выбросов. Наша стратегия по выбросам на 2030 год идеально вписывается в рекомендации Международного энергетического агентства (МЭА), которые вышли только в прошлом году, уже после Парижских договоренностей. Там говорится, что страны должны достигнуть пика по выбросам в энергетике к 2020 году, а потом постепенно их снижать, — у нас так и будет.

— По вашему мнению, подход, используемый в Парижском соглашении, когда все страны самостоятельно выбирают свои обязательства по вкладу в общую цель, концептуально лучше, чем подход Киотского протокола?

— Понимаете, по-другому нельзя договориться. Международная семья состоит из 200 стран, и прийти к новому соглашению не могли с 2007 года. Найти механизм стимулирования уменьшения выбросов — нетривиальная задача. Его надо искать. Что касается торговли квотами, по моему мнению, пользы от нее в виде снижения выбросов парниковых газов нигде не зафиксировано, а выгода — только для спекулянтов. У нас тоже есть на бирже торговля фьючерсами на погоду. От этого тоже нет никакой пользы ни погоде, ни климату. Только тем, кто торгует.

— Какое место атомная энергетика может занять в нашей низкоуглеродной стратегии?

— 33% нашей энергии мы генерируем сейчас безуглеродными способами: путем гидроэнергетики и атомной энергетики. В энергетической стратегии предусмотрено строительство атомных станций в объемах, превышающих то, что было построено за всю историю Советского Союза. Атомная энергетика, гидроэнергетика, возобновляемая энергетика, совершенствование технологий в тепловой энергетике — это и есть та эволюционная мозаика, в рамках которой мы будем двигаться. В обозримом будущем мы будем снижать выбросы от угля не путем закрытия угольных станций, а путем использования новых технологий. Полное прекращение использования угля и газа — это несерьезно, это для оголтелых политикоэкологов. Возможна также переработка угля с целью получения из него продуктов, а не только тепла. Нас обвиняют в том, что в старой стратегии доля возобновляемых источников была 4,5%, а теперь всего 2,5%, но это пустой разговор. Мы движемся вперед, соизмеряя возможную динамику экономического развития с целями, которые реальны для России в среднесрочный период. Возобновляемая энергетика сейчас не может заменить ни для кого традиционные источники энергии. Там, где альтернативные технологии могут обеспечить энергией поселки или конкретные хозяйства, там они и внедряются.

— Когда может быть внесен в Госдуму законопроект об отчетности компаний о выбросах парниковых газов? Как законопроект прокомментировали бизнес-объединения, прошел ли он согласование с ними?

— Разногласия, которые по нему были, сейчас решены. У министерств и ведомств разногласий нет. Думаю, уже через неделю внесут на рассмотрение в правительство РФ. Кроме этого, хочу обратить внимание на то, что в октябре 2016 года Минфин издал приказ, вводящий международный стандарт для аудиторов. По этим стандартам аудиторы должны проверять отчетность компаний по выбросам парниковых газов. Когда закон об отчетности примут, крупные компании будут обязаны сдавать эту отчетность аудиторам. Но уже есть компании, кто добровольно сдает отчетность в международные системы: Архангельский бумажный комбинат, "Газпром", РУСАЛ, Роснано.

— В этом году его реально принять?

— Теоретически — да.

— Понятно ли вам отношение новой американской администрации к Парижскому соглашению?

— Понятно. Знаете, слова — одно, а дела — другое. То, каким образом слова расходятся с делом, мы видим по отношению к России. Да, президент Дональд Трамп говорил, что США должны выйти из Парижского соглашения, он это говорил в запале предвыборной кампании. Его разговоры о том, что нужно обеспечивать рабочие места в том числе за счет угольной энергетики — это прагматичный подход. Какой политик скажет, что он закроет рабочие места в угоду климату? Но, с другой стороны, он не может не понимать, что снижение выбросов и выполнение Парижских соглашений связаны с внедрением новых технологий, поэтому ему придется выходить из нынешней риторики. Уже сейчас начинают говорить, что дочь президента США Иванка почти уговорила его отказаться от выхода из Парижских соглашений. Я думаю, что американская политика будет прагматичной и из Парижского соглашения США не выйдут. Для Трампа более выгодно пересмотреть обязательства, которые на себя взял Обама.

— А это возможно?

— Да, пока соглашение не ратифицировано, декларируемые национальные вклады считаются "намечаемыми". До момента ратификации страна может этот вклад скорректировать. На нынешней стадии администрация может сказать, что Обама был неправ, и скорректировать свои обязательства, при этом пообещав, что в будущем сделают больше. Такой подход возможен, но мне кажется, что сотрудничать они будут. С республиканцами по вопросам климата всегда было легче разговаривать.

Источник

В конце марта в Архангельске пройдет IV Международный арктический форум "Арктика — территория диалога". Ожидается, что его посетят около 1,5 тыс. человек из России и других стран. На форум планирует прибыть президент Финляндии Саули Ниинистё. В мае этого года республика примет председательство в Арктическом совете. Об основных задачах председательства, планах по участию в форуме в Архангельске и главных проблемах Арктики Ниинистё рассказал в интервью ТАСС.

— Какие вопросы находятся на вашей повестке дня в связи с поездкой на Арктический форум в Архангельск? О чем вы в первую очередь планируете говорить, выступая на форуме?

— На форуме я планирую поднять три вопроса. Хочу в присутствии широкой общественности обратить внимание на то, что важно сохранить арктический регион свободным от геополитических трений. Арктика является уникальным и уязвимым регионом, и ее потенциальное развитие и сохранение требуют сотрудничества всех присутствующих в нем стран.

Второе, о чем я планирую говорить, — это угроза, которую представляет собой изменение климата. Это подтвержденное наукой глобальное явление, но его влияние уже сейчас особенно сильно ощущается в Арктике. Важно, чтобы мы серьезно восприняли эту проблему и совместно работали над ее решением. Борьбу с изменением климата я вижу в значительной степени как политику безопасности, а изменение климата — как проблему безопасности. Это явление влияет среди прочего на доступность продуктов питания, воды, на подъем уровня мирового океана и на процессы миграции или, другими словам, крупные проблемы, касающиеся безопасности. В 2016 году присуждаемую на Мюнхенской конференции в области безопасности награду за усилия по достижению мира и преодолению конфликтов получили председатель Парижской конференции по климату Лоран Фабиус и исполнительный секретарь Рамочной конвенции ООН об изменении климата Кристина Фигерес. Это, в свою очередь, и говорит о том, что изменение климата является вопросом безопасности.

Наконец, в-третьих, я подниму вопрос о взаимодействии в области охраны окружающей среды. В этом отношении так называемая проблема черного углерода в Арктике является наиболее актуальной.

— Есть ли у вас планы что-то обсудить с Россией?

— У меня запланирована встреча с президентом РФ Владимиром Путиным. Мы совместно обсудим как двусторонние, так и международные вопросы.

— Каковы, с точки зрения Финляндии, главные проблемы Арктики и кто несет больше ответственности за их решение?

— Как я уже говорил, самая большая проблема — это изменение климата. Ответственность за это является глобальной, общей для всего человечества. Все должны принять участие в меру своих возможностей. А показывать пальцем (на ответственных) — плохое решение в данном случае.

— В мае Финляндия примет председательство в Арктическом совете. Что вы считаете основными задачами своей страны в этот период?

— Девиз финского председательства — "Exploring common solutions" ("Поиск общих решений"). На мой взгляд, это хорошо описывает нашу самую важную задачу: содействовать сохранению арктического региона как региона открытого сотрудничества и работать таким образом, чтобы мы смогли вместе найти конкретные решения для его проблем. В дополнение к этому Финляндия хочет продвигать также и экономическую активность в Арктике, но так, чтобы она была надежной и в экономическом плане, и с точки зрения экологии. Важно также, чтобы плоды экономической деятельности делились поровну как среди коренных народов региона, так и других игроков. 

— Если Финляндия планирует провести Арктический саммит, как ранее неоднократно заявляла, то когда он может состояться?

— Финляндия объявила о готовности организовать саммит, если все члены Арктического совета посчитают, что для этого настало время. Мы готовы провести его, если потребуется, в скором времени, но не до мая — тогда срок нашего председательства только начнется.

Я обсуждал мою идею по организации саммита со многими главами государств. Никаких конкретных предложений, однако, нет, и продвижение в этом вопросе зависит от того, как будет развиваться ситуация в мире. Моя мысль такова, что поскольку арктические вопросы относятся к разряду "прохладных", мы могли бы обсудить вместе с ними и более "горячие" темы.

— Ранее на Мюнхенской конференции по безопасности вы сказали, что в будущем в арктическом регионе может увеличиться число споров из-за пограничных вопросов. Насколько велика такая возможность и что нужно сделать, чтобы этого избежать?

— Я не считаю вероятность таких конфликтов слишком высокой. Главным образом я хотел привлечь внимание всех к тому, что вместо традиционных геополитических споров нам нужно сосредоточиться на общих проблемах региона, вызовах, но также и возможностях. Сейчас нам нужно конструктивно и решительно взаимодействовать, чтобы будущие поколения тоже смогли насладиться этими единственными в своем роде красотами и богатствами Арктики.

Источник

Бюджетное финансирование программы социально-экономического развития Арктики до 2025 года составит 209,7 млрд рублей.

Об этом говорится в материалах к международному арктическому форуму "Арктика — территория диалога", которые имеются в распоряжении ТАСС.

Согласно документам, программа подразумевает три этапа. На первом этапе, который рассчитан на 2015-2017 гг., предполагается обеспечить создание и функционирование "опорных зон", запустить информационную поддержку, усилить позицию РФ в международных арктических организациях и сформировать механизмы повышения качества жизни местного населения. Финансирование этого этапа составит 13 млрд рублей.

Второй этап рассчитан на 2018-2020 годы. Он предполагает, в частности, непосредственное развитие "опорных зон", создание мощностей для производства ледоколов, модернизацию гидрометеорологической сети наблюдений, создание защищенной информационно системы транспортного комплекса. Финансирование этого этапа программы составит 114 млрд рублей.

Третий, заключительный этап рассчитан на 2021-2025 годы. Он подразумевает, в частности, строительство и эксплуатацию ледокола-лидера мощностью 120 МВт, а также принятие решения и реализацию мероприятий по дальнейшему обращению с наиболее опасными затопленными и затонувшими ядерно и радиацонно опасными объектами и радиационными отходами. Этот этап программы потребует 82,8 млрд рублей.

Ранее сообщалось, что в доработанной госпрограмме выбрано восемь географических "опорных зон": "Кольская", "Архангельская", "Ненецкая", "Воркутинская", "Ямало-Ненецкая", "Таймыро-Туруханская", "Северо-Якутская" и "Чукотская". Целью создания "опорных зон" являются производство технических средств и технологий, экологический мониторинг, повышение качества жизни коренных малочисленных народов, реализация информационной политики и другие приоритетные задачи.

Источник

Власти Норвегии в настоящий момент исследуют возможности для строительства новых железных дорог в Арктической зоне. На рассмотрение правительства вынесены проекты расширения железнодорожной сети от Фауске (губерния Нурланн) до Тромсё и строительства трансграничной железной дороги от Киркенеса (губерния Финнмарк) до финского города Рованиеми, сообщает The Independent Barents Observer.

Как отмечает издание, железная дорога между Киркенесом и Рованиеми имеет особую значимость в контексте развития грузоперевозок между Азией и Европой по Северному морскому пути. Согласно предварительным планам, линию Киркенес — Рованиеми соединять с норвежскими железными дорогами не будут. Из порта Киркенес грузы будут отправляться на юг Норвегии в объезд через Рованиеми и финско-шведскую линию Торнио — Хапаранда — Лулео.

Что касается проекта продления железной дороги от Фауске до Тромсё, то её необходимость обосновывают резким ростом грузопотока из Северной Норвегии на юг страны, что связано с увеличением объёмов рыбного промысла. Установив железнодорожное сообщение между двумя пунктами, власти хотят частично переориентировать грузопотоки с автомобильных дорог. «Мы ожидаем пятикратного увеличения промысла и разведения рыбы. Рыбу нужно будет вывозить из региона, железная дорога станет решением», — комментирует кандидат в депутаты парламента от партии «Венстре» города Тромсё Мортен Скандфер.

В апреле норвежские власти представят Национальный транспортный план на период с 2018 по 2029 год, который предусматривает наращивание инвестиций в железные и автомобильные дороги, морские порты и авиаузлы.

Как ранее сообщало ИА REGNUM, в мае 2016 года премьер-министр Финляндии Пааво Липпонен обратился к председателю Европейской комиссии Жан-Клоду Юнкеру с призывом ускорить реализацию проекта строительства железной дороги между Рованиеми и Киркенесом. В докладной записке Липпонена указывалось, что ЕС следует признать растущую важность Арктики и обеспечить свой собственный логистический доступ к Северному Ледовитому океану.

Напомним, что Арктическая территория Норвегии включает в себя три губернии — Нурланн, Тромс и Финнмарк на материке, а также архипелаг Шпицберген и остров Ян-Майен.

Источник

Посол Исландии в Москве Берглинд Асгейрсдоттир в преддверии Арктического форума в Архангельске рассказала корреспонденту "Интерфакса" Нине Яблоковой об исландско-российском сотрудничестве в этом северном регионе, об отношениях в условиях санкций и планах сборной Исландии выступить на Чемпионате мира по футболу в России в 2018 году.

— На следующей неделе в Архангельске состоится международный форум "Арктика – территория диалога", на него приедет президент вашей страны Гудни Йоханессон. Принимая во внимание тот факт, что Исландия через два года будет председательствовать в Арктическом совете, каковы ваши ожидания от этого мероприятия?

— Мы в данный момент занимаемся подготовкой программы нашего председательства в Арктическом совете. Я считаю, что форум в Архангельске – это прекрасная возможность для того, чтобы обсудить наши перспективы. В контексте отношений с Россией сотрудничество в Арктике представляет для нас исключительную важность. В этой области нам удалось заключить два соглашения: одно – в сфере поисково-спасательных операций и второе – по ликвидации последствий разливов нефти. В ближайшее время мы надеемся подписать соглашение о сотрудничестве в научной области, чтобы совместно работать над проблемами климата и изучением морских глубин, что крайне важно для этого региона.

Пока я не могу рассказать вам о нашей программе работы на форуме, она находится в разработке, но мероприятие такого рода, в котором принимают участие как официальные лица из стран Арктики, так и представители бизнеса и научного сообщества, открывает действительно прекрасные возможности. Новое руководство нашего министерства иностранных дел опубликовало документ, обозначающий "основы внешней политики" нашей страны. И арктический регион выделен как отдельное приоритетное направление внешней политики Исландии. Поэтому будет очень интересно посмотреть, с чем приедет наша делегация в Архангельск, и каковы будут итоги встречи на высшем уровне.

Пользуясь этой возможностью, я не могу не упомянуть другое очень важное для нас событие – ежегодный международный форум "Арктический круг", который проходит в нашей столице в октябре. Его основоположником был экс-президент Олафур Гримссон, который тоже будет в составе нашей делегации на форуме в Архангельске. Нам удавалось собрать на нашей площадке представителей многих стран, некоторые государства были представлены на высшем уровне: например, в 2015 году к нам приезжал президент Франции Франсуа Олланд. Для нас сотрудничество в Арктике имеет огромное значение, и помимо официальной площадки для обсуждения этих вопросов – Арктического совета – мы очень ценим такие события, как форум в Архангельске и наш "Арктический круг" в Рейкьявике, он тоже играет важную роль в сотрудничестве между Исландией и Россией. Хочу отдельно подчеркнуть, что санкции, которые негативно сказались на нашем экономическом сотрудничестве, никак не повлияли на взаимодействие по Арктике.

— Планирует ли президент Йоханессон на встрече с российским лидером Владимиром Путиным в Архангельске пригласить его на форум в Рейкьявике?

— Мы очень надеемся на то, что Россия будет представлена на форуме на настолько высоком уровне, насколько это возможно. Конечно, строить планы еще очень рано. Но, вполне возможно, что этот вопрос будет поднят в Архангельске, и будет сделано соответствующее приглашение.

— Возможно ли, что визит президента Путина в Исландию состоится по другому поводу? Когда в СМИ стала обсуждаться перспектива его встречи с новоизбранным президентом США Дональдом Трампом, многие вспоминали, что в 1986 именно в Рейкьявике состоялись исторические переговоры президента США Рональда Рейгана и генерального секретаря ЦК КПСС Михаила Горбачева. Как вы думаете, насколько вероятно, что 30 лет спустя ваша страна примет еще один такой саммит?

— Новость о том, что встреча президентов Дональда Трампа и Владимира Путина может пройти у нас, мы сами узнали из газет. И это стало для нас большим сюрпризом. Нашего министра иностранных дел Гудлаугура Тордассона спросили о том, действительно ли готовится такая встреча в Рейкьявике, и он сказал, что мы, безусловно, были бы счастливы предоставить площадку для такого саммита. Для нашей страны исторический саммит 1986 года имеет большое значение, в прошлом году мы отмечали тридцатилетие со дня этого знаменательного события. Если лидеры США и России захотят встретиться в нашей столице, и к нам поступит соответствующий запрос, – для нас это будет большая честь, и мы c радостью примем их.

— То есть пока такого запроса не поступало?

— Нет, у меня такой информации нет. Стоит спросить об этом нашего главу МИД Тордарссона, когда он будет в Архангельске – вдруг ему что-то известно.

— В 2015 году Исландия присоединилась к санкциям ЕС в отношении России из-за ситуации на Украине. Как бы вы охарактеризовали текущий уровень экономического взаимодействия между нашими странами?

— Исландия до введения санкций и контрсанкций продавала в Россию главным образом рыбу. И, поскольку рыба была главным экспортным продуктом, мы потеряли в общей сложности более 90% нашего экспорта в Россию. В 2014 году его объем составлял 29 млрд исландских крон (около $263 млн), а в 2016 — лишь 2,6 млрд (около $23 млн). Это было политическое решение, которое приняло наше прошлое правительство. Но, раз мы оказались в этой ситуации, нам приходится искать новые сферы для взаимодействия. И мы с большим интересом следим за тем, как Россия реализует свои планы по обновлению рыболовецкого флота. Это интересует нас потому, что в Исландии рыболовный сектор промышленности работает крайне эффективно и является основой процветания нашей страны. Помимо опытных рыбаков, у нас есть прекрасное современное оборудование. Мне выпала честь посетить Мурманск в ноябре c представителями десяти исландских компаний, и мы встречались с местными бизнесменами и представителями властей. Я считаю, что именно там – в Мурманске — мы нашли то, что поможет повысить уровень нашего экономического сотрудничества. Таким образом, в условиях санкций и контрсанкций, мы вынуждены искать новые возможности. Ну и, безусловно, мы надеемся на совместные проекты в геотермальной энергетике.

— А какова сегодня ситуация в области туризма?

— В последнее время в Исландии происходит настоящий туристический бум. В 2010 году к нам приехали 400 тыс. туристов, а в прошлом году – уже 1,7 млн. Мы спросите: почему это происходит? После экономического кризиса произошла девальвация нашей национальной валюты, и путешествовать в Исландию стало не так дорого. В 2010 году у нас было извержение вулкана, и мы думали, что люди не захотят после этого ехать в Исландию, но напротив, когда наша страна попала на первые страницы всех мировых изданий, к Исландии появился интерес. В нашу пользу сыграло также и то, что многие американские режиссеры сняли у нас кино c участием звезд Голливуда – Тома Круза, Бена Аффлека, Клинта Иствуда. Наша страна необыкновенно красива, но, чтобы люди узнали об этом, нужно как-то им это показать. Мы очень много внимания уделяли пиару, можно сказать, прибегали практически к пропаганде на благо нашей туриндустрии. Что касается России, мы видим, что, когда экономика здесь на подъеме, к нам приезжает больше российских туристов, когда происходит спад – туристический поток тоже снижается. И я c радостью хочу вам сообщить, что в январе-феврале число выданных россиянам виз удвоилось по сравнению c прошлым годом. Однако, россиян среди тех, кто приезжает в отпуск в Исландию, по-прежнему очень мало – всего 1,3 тыс. из 1,7 млн человек.

— Некоторое время назад посольство уже публиковало статистику по турпотоку из России, и была отчетливо видна позитивная тенденция в те месяцы, когда между нашими странами было открыто прямое авиасообщение. Нет ли планов вернуться к этой практике?

— К нам в посольство приходят люди, которые рассматривают возможность возобновления прямых авиарейсов. Я уверена, что этот вопрос останется на повестке, но мы должны обсудить детали c российскими властями. "Аэрофлот" и IcelandAir уже успешно сотрудничают, и мы знаем, что они рассматривают этот вариант, и если они придут к этому, то это даст существенный толчок туризму. Но и без этого я вижу большой интерес здесь в Москве к культуре нашей страны, к примеру, к кинематографу, литературе.

И есть еще одна вещь, которая привлекла большое внимание к Исландии в мире – это наш футбол. Мы не стали победителями на Евро-2016, но прошли большой путь.

— Вы выиграли у сборной Англии.

— Да, мы их победили. Знаете, мне кажется, что своей новообретенной популярностью наша команда обязана своим болельщикам. Они остались c командой даже того, когда мы покинули турнир. Обычно после каждой игры люди, которые болели за проигравшую команду, уходят со стадиона. Но даже тогда, когда мы не смогли победить в последнем матче со сборной Франции, исландские болельщики остались и благодарили нашу команду и не винили их в том, что мы выбыли из чемпионата. И эта позитивная, дружеская атмосфера сопровождала нас повсюду, и во Франции, где я в тот момент была послом, и даже здесь в России – в посольство звонили люди и выражали симпатию и поддержку нашей команде. Мы не одержали победу в чемпионате, но, можно c уверенность сказать, что мы завоевали сердца публики. А теперь нас ждет Чемпионат мира по футболу 2018 года. Мы очень надеемся, что в следующем году сможем приехать в Россию. Для меня лично это будет очень особенный момент: во время "Евро-2016" я была послом в Париже, и премьер-министр Исландии благодарил меня за поддержку нашей команды и говорил, правда в шутку, что теперь надо назначить меня послом в России. И вот, я здесь. Теперь нам надо пройти отборочный этап, мы будем изо всех сил бороться за право приехать в Россию на Чемпионат мира.

— У вас нет опасений по поводу безопасности на ЧМ-2018?

— Нет, совершенно. Я ни разу не слышала, чтобы кто-то в Исландии выражал по этому поводу беспокойство или даже упоминал это. Для нас главное – победить в отборочных матчах, приехать в Россию и здесь показать лучший результат.

— Последний вопрос – личного характера. Вы возглавили исландскую дипмиссию в Москве в сентябре, удалось ли вам за это время познакомиться со страной и каковы ваши впечатления?

— За эти полгода мне посчастливилось посетить два города, не считая Москвы, вашей красивейшей столицы c такой богатой историей и культурой. Я успела побывать в Санкт-Петербурге и в Мурманске. И я должна признаться, что Мурманск особенно пришелся мне по душе. Я была на рыболовецких судах, общалась c людьми и почувствовала себя там как дома. Теперь жду поездки в Архангельск. У меня есть личная связь c Россией: моя младшая дочь изучала русский язык, ей даже довелось поработать одно лето в Эрмитаже. Она очень увлекается русской литературой, многое рассказывала нам, и русская культура оказала большое влияние на нашу семью. В качестве дипломата я побывала во многих странах, работала в разных международных организациях, но теперь я получаю большое удовольствие от работы Москве и думаю, что я сделаю здесь для себя еще много открытий.

Источник

Говорить о целесообразности продления соглашения нефтедобывающих стран по сокращению добычи нефти пока рано, однако степень его реализации сейчас удовлетворяет все заинтересованные стороны. Об этом в эксклюзивном интервью RT по итогам министерской встречи в Кувейте мониторингового комитета по сокращению добычи нефти рассказал министр энергетики России Александр Новак. Помимо этого он затронул вопрос нереализованного из-за санкций потенциала сотрудничества с США и объяснил, почему Москва считает Арктику стратегически важным регионом.

— Каковы перспективы продления действия соглашения ОПЕК и стран вне ОПЕК по сокращению добычи нефти на второе полугодие 2017 года? Какие есть для этого препятствия?

— Мы сегодня в рамках второго заседания министерского мониторингового комитета, который был создан 10 декабря прошлого года в целях наблюдения за исполнением договора о сотрудничестве между странами ОПЕК и не-ОПЕК, уделили этому вопросу особое внимание. Многих интересует сегодня, будет ли соглашение между ОПЕК и не-ОПЕК продлеваться по истечении 6 месяцев его действия, то есть после 1 июля 2017 года.

Первое, что я хочу сказать: у нас такая возможность предусмотрена самим соглашением. Есть отдельный пункт, в котором говорится, что оно может быть продлено на срок до 6 месяцев. Второе: сегодня ещё конец марта. Мы ещё не перешагнули экватор. Обмен мнениями, который состоялся среди министров, и предложение, которое прозвучало, означают возможность всем странам изучить этот вопрос до следующей министерской встречи; дать поручения секретариату ОПЕК с тем, чтобы секретариат провёл дополнительный анализ ситуации на рынке, которая будет складываться с января по апрель; дать прогнозы исполнения в мае, в июне и на второе полугодие. Это большой объём аналитической информации, который должен быть подготовлен, проанализирован и представлен на следующем заседании. Мы в рамках мониторингового комитета рассмотрим эту информацию и дадим рекомендации для других стран, которые являются членами (ОПЕК. — RT) и подписали это соглашение 10 декабря.

Поэтому сегодня преждевременно говорить о целесообразности продления соглашения. Такая возможность есть, но для принятия решения нам требуются дополнительное время и дополнительный анализ — в первую очередь ситуации, которая будет складываться на рынках.

— Как оценивается соблюдение странами ОПЕК соглашения по сокращению добычи за январь и февраль 2017 года?

— Это был основной вопрос, который сегодня рассматривался в мониторинговом комитете. Конечно, для этого и создавался комитет. Мы посчитали и, обменявшись мнениями, признали, что соглашение выполняется на высоком уровне, полностью соответствует духу, который закладывался в рамках подписанного договора о сотрудничестве. Уровень соответствия на сегодняшний день за февраль составил 94% от целевого показателя. Это на 8% больше, чем цифры, которые были в январе. При этом мы отметили, что для успешной реализации договора и достижения целей по балансировке рынка очень важно, чтобы все, кто участвует в этом соглашении, исполняли в полном объёме свои целевые показатели и соответствовали на 100% цифрам, которые были указаны в соглашении от 10 декабря 2016 года. В сегодняшнем документе, который мы подписали, даны рекомендации всем выйти на стопроцентный уровень. Считаем, это главное, что необходимо в ближайшее время реализовать в рамках исполнения нашего соглашения.

— Как сокращение добычи сказывается на российских компаниях?

— Каждая компания выбирает собственную стратегию достижения целевых показателей. Вы знаете, что крупные компании в Российской Федерации участвуют на добровольной основе. Цифры достигаются прямо пропорционально объёмам добычи. То есть каждая компания участвует. Мы видим, что в целом, если оценивать в комплексе ситуацию, связанную с балансировкой рынка, со снижением волатильности цены, с возможностью инвестировать в новые проекты, мы видим положительные эффекты для наших компаний.

— По подсчётам экспертов, за время действия соглашения о снижении добычи нефти российский бюджет дополнительно получил примерно $8—9 млрд. Как вы оцениваете экономический эффект от роста нефтяных цен на фоне сокращения добычи?

— Мы видим в целом положительный эффект, и не только для нефтяных компаний, но и для бюджета, как правильно отмечают эксперты. Мы оценивали ранее: если цены будут держаться на уровне, который сегодня складывается в диапазоне $50—60, то дополнительный эффект для бюджета может составить в год до 1,5 трлн рублей. Это действительно позитивно. Многое зависит от текущей ситуации на рынке, от волатильности, от текущего курса рубля по отношению к доллару, поэтому, думаю, те оценочные показатели, которые сегодня дают эксперты, во многом могут быть взяты за основу.

— Ранее вы заявляли, что пока вопрос вступления России в ОПЕК не рассматривается. Как вы видите дальнейшее взаимодействие с ОПЕК? Какую позицию и почему сейчас выгодно занять России?

— Мы действительно не рассматриваем формат присоединения к ОПЕК. Россия никогда не была членом ОПЕК, хотя и является крупнейшей добывающей страной в мире. Тем не менее у нас выстроены очень конструктивные отношения с ОПЕК. В плане взаимодействия в рамках энергодиалога ежегодно мы встречаемся с нашими коллегами из ОПЕК, с секретариатом, проводим встречи для обсуждения ситуации на рынках, прогнозов, которые готовит как секретариат ОПЕК, так и российские институты. Мы обмениваемся мнениями, вырабатываем рекомендации, и это происходит каждый год: один раз в Вене, один раз в Москве.

В этом году на полях второго мониторингового комитета мы договорились с генеральным секретарём ОПЕК господином Баркиндо, что диалог Россия — ОПЕК состоится в Москве 31 мая. Мы уже готовимся к этому.

У нас определён перечень вопросов, которые будут обсуждаться, готовятся аналитические материалы. Но сотрудничество с ОПЕК у нас не ограничивается только взаимодействием с секретариатом. Мы практически с каждой из стран, входящих в организацию, взаимодействуем в двустороннем формате: и с Саудовской Аравией, и с Катаром, и с Ираном, с Венесуэлой, с Алжиром. Это сотрудничество развивается на двусторонней основе в целях реализации совместных энергетических проектов во всех отраслях: и в нефтегазовой сфере, и в других. Обмен технологиями, возможности создания совместных предприятий. Я провёл двусторонние встречи в Кувейте и с министром Алжира, и с министром энергетики Венесуэлы, и с министром Кувейта. Мы нашли много общих дополнительных точек соприкосновения и развития, которые на взаимной основе, учитывая обоюдный интерес, позволяют нам развивать наше сотрудничество в энергетике.

— Ранее вы говорили о большом потенциале развития сотрудничества между Россией и США. Какие конкретно шаги и в каких отраслях планируют совершать для этого стороны?

— Я думаю, что у нас большой нереализованный потенциал по сотрудничеству наших энергетических компаний. Как вы знаете, на сегодняшний день в России присутствует компания Exxon Mobil, она участвует в реализации проектов. Ключевой из них — проект «Сахалин-1» на шельфе Охотского моря вместе с другими иностранными компаниями и «Роснефтью». Это успешный проект, и таких проектов могло быть больше, если бы не известная ситуация с санкциями, которые были введены относительно участия американских компаний в разработке шельфовых проектов в России, в разработке трудноизвлекаемых запасов нефти. Но эти санкции вводили не мы — вводили наши американские коллеги.

Мы видим только то, что американские компании отмечают: что в первую очередь от этих санкций несут убытки они, потому что не имеют возможности участвовать в реализации проектов в России. Хотя наш рынок на сегодняшний день довольно привлекателен и с точки зрения доходности, и с точки зрения окупаемости инвестиций. Надеемся, что этот энергодиалог в будущем будет возобновлён.

— В конце января министр коммерции и инвестиций Саудовской Аравии Маджид аль-Кассаби заявил, что Россия и Саудовская Аравия наметили «дорожную карту» по взаимным инвестициям в энергетической сфере. Как сейчас развивается этот вопрос?

— Действительно, на ПМЭФ мы подписали меморандум между Министерством энергетики Российской Федерации и Министерством нефти Саудовской Аравии о сотрудничестве в области энергетики и реализации совместных проектов. В прошлом году у нас большая делегация посетила Саудовскую Аравию, я летал совместно с представителями российских нефтегазовых компаний. Мы посетили объекты энергетики в Саудовской Аравии и создали дополнительную рабочую группу, которая сегодня занимается подготовкой конкретных проектов, в которых могли бы участвовать российские компании и компании из Саудовской Аравии. Речь идёт о нефтегазовых проектах, развитии проектов нефтегазохимии, производстве оборудования нефтегазохимической промышленности и о многом другом.

— Сейчас на шельфе Арктики ведётся нефтедобыча только на «Приразломной» (Ненецкий автономный округ, компания «Газпром нефть»). Планируется ли разработка новых месторождений в среднесрочной и долгосрочной перспективах? Какие компании (российские и зарубежные) проявляют наибольший интерес к участию в проектах на российском шельфе Арктики?

— Я бы хотел отметить, что Арктика для нас — стратегический потенциал. Там на сегодняшний день огромные запасы углеводородов, которые оцениваются миллиардами тонн нефти и десятками триллионов кубических метров газа. Арктика на сегодняшний день — это не только шельф, но и сухопутная часть. Её освоение идёт полным ходом. Я могу сказать, что за прошлый год в Арктике было добыто почти 90 млн тонн нефти, что составляет около 17% от общего объёма нефти, добытой в России. Если говорить о добыче газа, то это ещё более высокие цифры. Сегодня основные центры добычи газа — это Ямало-Ненецкий автономный округ, это Ненецкий автономный округ. В прошлом году в России было добыто порядка 500 млрд кубических метров газа в Арктике. Это около 80% от общих объёмов. Конечно, это стратегический ресурс. Мы последовательно занимаемся развитием Арктики и шельфа. В перспективе в этом году планируется ввод в эксплуатацию завода по сжижению природного газа «Ямал СПГ». Первая очередь — 5,5 млн тонн. У нас много проектов, которые были реализованы в последнее время: ввод в эксплуатацию Бованенковского нефтегазового месторождения, другие месторождения, которые осваивают такие компании, как «Роснефть» и ЛУКОЙЛ.

Что касается шельфа, то с учётом сегодняшней ситуации, связанной со снижением мировых цен на углеводороды, активность, которую мы наблюдали несколько лет назад, до 2014 года, сегодня гораздо ниже. Тем не менее у нас на сегодняшний день там около 19 открытых месторождений. Это говорит о том, что в будущем, при улучшении конъюнктуры, мы, безусловно, рассматриваем в рамках нашей стратегии развития энергетики более активное исследование, бурение, ввод в эксплуатацию месторождений. Ещё раз хочу повторить: Арктика — это будущее нашей нефтедобычи и газодобычи.

— Каков ваш прогноз цен на нефть до конца 2017 года на фоне последних встреч и достигнутых договорённостей?

— Во-первых, в рамках мониторингового комитета мы не обсуждаем цены. Мы обсуждаем вопросы, касающиеся балансировки рынка и исполнения соглашений по объёмам добычи, потому что цены формируются на рынке исходя из множества факторов. Это зависит от рыночной конъюнктуры, от баланса спроса и предложения. В целом могу сказать, что диапазон, который я ранее называл (что в 2017 году средняя цена на Brent будет в диапазоне от $50 до $60), я пока не меняю. Мы говорим о средней цене. Конечно, она может иметь колебания. Тем не менее эти показатели, которые мы и ранее прогнозировали, на мой взгляд, на сегодняшний день могут быть взяты для моих оценок за основу.

Источник

Открытые лекции об Арктике участников из разных стран Международного арктического форума, который пройдет в Архангельске 29-30 марта, будут доступны для жителей Архангельска. Об этом сообщили в пресс-службе Северного Арктического федерального университета.

"Вход на мероприятия свободный, но на ряд из них нужно предварительно записаться, потому что число мест ограничено", — сказали ТАСС в пресс-службе САФУ.

Предварительная запись ведется на лекцию посла США в РФ Джона Теффта на тему "Отношения России и Америки в Арктике", которая состоится 29 марта. В тот же день пройдет встреча министра иностранных дел Швеции Марго Вальстрем со студентами, изучающими шведский язык. На 29 марта также запланирована дискуссионная площадка Talking Barents, куда приглашены эксперты, представляющие все уровни трансграничного регионального сотрудничества. Особое внимание будет уделено развитию сотрудничества в области экономики и инфраструктуры стран Баренцева Евро- Арктического региона.

27 и 28 марта в САФУ пройдут лекции по вопросам арктической геополитики доктора политических наук, профессора арктической политики Университета Лапландии (Финляндия) Ласси Хейнинена. 31 марта состоится открытая лекция посла по особым поручениям МИД РФ, старшего должностного лица России в Арктическом совете Владимира Барбина на тему "Политика России в Арктике". В этот же день пройдут открытые лекции начальника отдела политики Представительства Евросоюза Томаса Рейеса-Ортега на тему "Отношения России и ЕС, интересы в Арктике" и посла Швейцарии в РФ Ива Россье "Российско-швейцарские отношения. Вхождение Швейцарии в Арктический совет".

Форум "Арктика — территория диалога" является одной из ключевых площадок для обсуждения проблем и перспектив арктического региона. Он призван объединить усилия международного сообщества для эффективного развития Арктики. Участники форума, который проводится с 2010 года, обсуждают повышение уровня жизни на арктических территориях, развитие транспортной системы, вопросы экологии.

IV Международный арктический форум "Арктика — территория диалога" пройдет в Архангельске 29-30 марта. Ожидается, что его посетят 1,5 тысячи человек из России и других стран. Генеральным информационным партнером форума является агентство ТАСС.

Источник

Накануне старта Международного арктического форума глава Минтранса Максим Соколов рассказал в интервью корреспонденту «Известий» Евгению Девятьярову о развитии арктической транспортной системы России, перспективах Северного морского пути, строительстве новых атомных ледоколов и создании единой защищенной информационно-телекоммуникационной системы транспортного комплекса в Арктике.

— Государство уделяет приоритетное внимание транспортным проектам в арктическом регионе. Почему это так важно?

— Освоение Арктической зоны на сегодняшний день является одной из приоритетных государственных задач, и во многом ее решение зависит от уровня развития транспортной системы арктического региона. 

Через территорию Арктики проходят морские, воздушные и наземные транспортные маршруты, развитие и навигационно-информационное обеспечение которых придает дополнительные импульсы для освоения ресурсов северных территорий, создает предпосылки для увеличения объемов и привлекательности перевозок по трассам Северного морского пути, а также будет способствовать улучшению условий жизни проживающего в Арктике населения. 

Стратегией развития Арктической зоны Российской Федерации и обеспечения национальной безопасности на период до 2020 года поставлена задача развития транспортной инфраструктуры в регионе с целью обеспечения лидерства России в транспортном использовании Арктики. Минтранс России проводит целенаправленную работу по развитию арктической транспортной инфраструктуры в рамках государственных программ, в том числе с привлечением частных инвестиций, что нашло отражение в стратегических документах развития отрасли. Ярким примером может служить строительство порта Сабетта.  

— Расскажите о текущей ситуации с развитием аэропортовой инфраструктуры в Арктике. 

— В Арктической зоне расположено 73 аэродрома, 12 из которых находятся на побережье  акватории Северного морского пути: Мурманск, Архангельск (Талаги), Амдерм, Варандей, Нарьян-Мар, Бованенково, Сабетта, Диксон, Хатанга, Чокурдах, Тикси, Певек. Действующими редакциями федеральных целевых программ предусмотрена реконструкция восьми из них: Амдерм, Мурманск, Архангельск (Талаги), Нарьян-Мар, Диксон, Певек, Тикси, Чокурдах. Вместе с тем в связи с сокращением бюджетного финансирования в ближайшей перспективе планируется проведение реконструкции только аэропортов Чокурдах и Тикси. 

В условиях ограниченных возможностей федерального бюджета представляется целесообразным привлечение крупных компаний, в первую очередь сырьевого сектора, заинтересованных в сохранении и развитии аэропортовой инфраструктуры вдоль Северного морского пути.

В целях сохранения и развития аэропортовой инфраструктуры труднодоступных и северных территорий на базе убыточных аэропортов регионального и местного значения государством были созданы федеральные казенные предприятия, субсидируемые из федерального бюджета. 

Такая мера позволит нам обеспечить функционирование убыточных аэропортов, в том числе расположенных в арктическом регионе, что создаст благоприятные условия для развития авиации в Арктике.

— Какие проекты сейчас реализуются в сфере арктической железнодорожной инфраструктуры?

— Для развития железнодорожной инфраструктуры Арктики реализуется проект строительства пускового комплекса Томмо–Якутск. Его реализация позволит обеспечить круглогодичный бесперебойный завоз грузов в труднодоступные районы Крайнего Севера.

Крайне важным для развития транспорта в Арктике является проект создания железнодорожного Северного широтного хода. Он соединит Северную и Свердловскую железные дороги и сократит путь от месторождений в северных районах Западной Сибири до портов Балтийского бассейна. 

Основными участниками этого проекта выступают РЖД, «Газпром» и администрация Ямало-Ненецкого автономного округа. Они финансируют объекты собственной существующей железнодорожной инфраструктуры.

Кстати, в рамках Арктического форума планируется подписание соглашения по реализации проекта строительства Северного широтного хода между ОАО «РЖД» и ПАО «Газпром», закрепляющего основные намерения сторон.

— Какое внимание уделяется автомобильным дорогам?

— Всего по территории Арктической зоны проходят участки автомобильных дорог федерального значения общей протяженностью 729,5 км. Сейчас в основном ведется планомерная ремонтно-восстановительная работа на этих участках.

Так, на автомобильной дороге Р-21 «Кола» завершена реконструкция подъезда к Мурманску протяженностью свыше 15 км. Реализация проекта позволила устранить инфраструктурные ограничения грузовых и пассажирских потоков и повысить безопасность дорожного движения за счет выведения транзитного транспорта за пределы улично-дорожной сети города.

На автомагистрали М-8 «Холмогоры» была завершена реконструкция на участке протяженностью 13 км, который является звеном таких важнейших международных трансъевропейских маршрутов, как Северный морской путь и Международный евроазиатский транспортный коридор «Север–Юг».

В текущем году в целях повышения пропускной способности планируется реконструкция мостового перехода через канал Княжегубской ГЭС на автомобильной дороге Р-21 «Кола».

— Расскажите о планах развития Северного морского пути. Как вы оцениваете потенциал этого транспортного маршрута для перевозки грузов?

— Мы разработали и утвердили комплексный проект развития Северного морского пути, в рамках которого сейчас активно модернизируются морские порты. Общий объем перевозок грузов по этому маршруту в 2016 году вырос почти на 40% и составил около 7,5 млн т. Это немалый прирост. Основные перевозки — это экспорт добываемых в Арктической зоне природных ресурсов и поставки жизненно важных товаров на Крайний Север в рамках «северного завоза». 

К 2020 году только из Обской губы планируется вывозить 16,5 млн т сжиженного природного газа и около 2 млн т газового конденсата благодаря реализации 3-й очереди проекта «Ямал СПГ». Проект «Газпром нефти» по освоению Новопортовского месторождения сформирует ежегодный объем в размере 8,5 млн т сырой нефти. Таким образом, с этого года ожидаем значительный рост грузоперевозок по Севморпути.

За последние два года построены два дизель-электрических ледокола «Мурманск» и «Владивосток» мощностью 16 МВт и ледокол «Новороссийск», которые позволят уверенно осуществлять проводку судов, преодолевая льды толщиной до 1,5 м. Спущен на воду ледокол «Виктор Черномырдин» мощностью 25 МВт, строительство которого должно быть завершено к концу 2018 года.

Всего в акватории СМП работают восемь линейных ледоколов — четыре атомных и четыре дизель-электрических. До 2025 года рассматривается возможность строительства двух универсальных атомных ледоколов проекта 22220 и атомного ледокола-лидера мощностью 110 мВт.

В течение последних лет мы провели большую работу по обеспечению безопасного плавания судов и защите морской среды от загрязнения в акватории Севморпути. 

— С какой целью создается Единая защищенная информационно-телекоммуникационная система транспортного комплекса Арктической зоны? Что будет входить в ее функции?

— Это наше важнейшее направление работ на сегодня. Надежная информационно-навигационная среда является основой безопасной и эффективной работы транспортного комплекса Арктической зоны Российской Федерации. 

В целях обеспечения национального суверенитета над информационными потоками в транспортном комплексе Арктической зоны министерством инициировано создание единой защищенной информационно-телекоммуникационной системы транспортного комплекса в Арктике. Она будет охватывать всю без исключения территорию Арктической зоны нашей страны, включая арктическую акваторию, внутренние водные и сухопутные магистрали, кроссполярные авиатрассы, а также региональные транспортные направления и сети Арктической зоны России.

С учетом планируемого роста интенсивности грузовых перевозок в Арктической зоне России информационный ресурс этой системы будет использован для координации транспортно-логистической работы в транспортных узлах, а также оперативного мониторинга транспортной обстановки в Арктике. Внедрение этой системы поможет социально-экономическому развитию обширных и богатых ресурсами арктических территорий.

Приоритетными для новой системы будут функции всестороннего картографического, гидрометеорологического, навигационного и связного обеспечения грузовых и пассажирских перевозок всеми видами транспорта в Арктической зоне.

При этом национальная суверенность предоставления всех видов информационно-навигационных услуг является первоочередной задачей. Мы ориентируемся на ресурсы отечественных спутниковых систем и платформ «Гонец», «Меридиан», ГЛОНАСС и других. Кроме того, запланировано создание многопозиционных систем наблюдения на базе единого стандарта 1090ES автоматического зависимого наблюдения.

Работы по созданию системы будут согласованы с программой модернизации к 2020–2025 годам инфраструктуры ключевых морских портов и систем управления движением по Северному морскому пути, системы управления воздушным движением в арктических аэропортах и строительством новых железных и автомобильных дорог.

Всё вместе позволит наконец-то решить проблему создания надежной и устойчивой ведомственной среды передачи данных в Арктической зоне Российской Федерации, без которой невозможно представить себе безопасное и эффективное транспортное обеспечение.

— Будут ли в Арктике применяться беспилотные системы? 

— Да, планируем применять. Комплексное внедрение беспилотных систем в арктический транспортный комплекс — это отдельная масштабная задача.

Как раз на базе единой защищенной информационно-телекоммуникационной системы, о которой мы говорили, планируется развернуть перспективную систему управления движением беспилотных транспортных средств в Арктике, способных существенно расширить спектр выполняемых задач для арктического транспортного комплекса. 

Источник