Автор: admin

Кому принадлежит Берингов пролив? Кто и как контролирует главный проход из Азиатско-Тихоокеанского региона в Северный Ледовитый океан? Корреспондент «Защищать Россию» поговорила с экспертом об угрозах, которые существуют в Арктике, и о ролях России и США в этом регионе.

Мы встретились с профессором МГИМО-Университета, доктором юридических наук Александром Вылегжаниным, принимавшим участие во встречах Международной рабочей группы по управлению Беринговым проливом, завершившихся недавно в США, и поговорили об основных проблемах региона.

ЗР: Эта Международная рабочая группа — научная или межправительственная?

А.В.: Научная, хотя со стороны США в ней приняли участие, помимо именитых ученых-международников и адмиралов в отставке, и должностные лица штата Аляски. Работа велась на базе Калифорнийского университета — ведущего вуза США по морским междисциплинарным исследованиям. Между МГИМО и Калифорнийским университетом подписан меморандум, согласно которому с 2013 года они являются партнерами проекта «Арктические альтернативы: всеобъемлющая интеграция для устойчивого развития прибрежных и морских районов Арктики». Это первая международная встреча в рамках проекта.

ЗР: Разве статус Берингова пролива до сих пор не определен с точки зрения международного права?

А.В.: Правовое положение Берингова пролива, конечно же, не пробел в международном праве. Хотя в отличие, скажем, от Черноморских или Балтийских проливов статус Берингова пролива не установлен специальной международной конвенцией, он, тем не менее, в общем плане определен обычными нормами международного права. Главное здесь то, что даже в самой его узкой части существует свобода прохода судов через Берингов пролив — всех судов. Потому что это — международный пролив.

ЗР: И в соответствии с Конвенцией ООН по морскому праву?

А.В.: Да. Эта Конвенция, принятая в 1982 году, содержит Часть III — «Проливы, используемые для международного судоходства», которая применима к Берингову проливу. Так считают оба государства, граничащие с Беринговым проливом, — Россия и США. Хотя США, в отличие от России, и не участвуют в этой Конвенции, упомянутую Часть III о проливах США считают для себя юридически обязательной, поскольку она отражает обычные нормы международного права.

ЗР: Тогда в чем проблема — научная, практическая?

А.В.: В динамике развития экономической жизни в Арктике и адаптации к ним политико-правовых позиций заинтересованных государств. Количество судов, проходящих через Берингов пролив, резко возросло в последние годы, по мере таяния льдов в Северном Ледовитом океане…

ЗР: И это тревожит беринговоморские страны — Россию и США?

А.В.: Они — как государства, берега которых и образуют Берингов пролив, — имеют соответствующие права и обязательства. Прежде всего по защите морской среды от загрязнения.

ЗР: Конкретнее, почему для России увеличение числа проходов судов через Берингов пролив имеет значение?

А.В.: Проходят и танкеры, перевозящие нефтепродукты. Любая их авария в Беринговом проливе, вообще в этих экологически уязвимых регионах — Арктическом и Северной Пацифики, имела бы для прибрежных государств, в данном случае для России и США, катастрофические последствия. Технологии полного и быстрого очищения льдов от нефти, как известно, пока нет. Отсюда и возможность введения более жестких международно-правовых и национально-законодательных требований к управлению судоходством в покрытых льдами районах.

ЗР: Что ж, жесткие экологические нормы наверняка есть и у США, и у России. За их нарушение проходящее судно можно арестовать?

А.В.: Не все так просто. Во-первых, действительно, какие-то нормы есть. Но задача в том, чтобы создать гармонизированные нормы, отвечающие потребностям дня, нынешнему уровню развития технологий. Во-вторых, как вы зафиксируете, нарушает ли установленные экологические нормативы проходящее судно, да еще под «удобным флагом»? Нужен согласованный припроливными государствами механизм. Не затрагивающий фундаментальное право прохода судов через Берингов пролив.

ЗР: Но с учетом роста экономической деятельности в Арктике, в том числе и по разведке, и по разработке ресурсов арктического шельфа, ясно, что все будут за свободу прохода через Берингов пролив. И никто не согласится с российско-американским механизмом контроля — ведь любой контроль затрудняет такую свободу.

А.В.: Не любой. Кроме того, цель не только в том, чтобы создать международный контрольный механизм, но и в том, чтобы Россия и США юридическими средствами реально повысили безопасность плавания в Беринговом проливе и на подходах к нему — в Чукотском и Беринговом морях.

ЗР: Берингов пролив — при взгляде на карту — не такой уж и узкий. Это не Дуврский пролив — это же открытое море. Неужели есть опасность столкновения судов?

А.В.: Не такой уж и широкий, если учесть, что в его самой узкой части находятся острова Диомида — Большой (российский) и Малый (американский). А вокруг каждого острова, соответственно, внутренние морские воды, территориальные моря России и США. Так что это не открытое море.

ЗР: А как Россия и США могут повысить безопасность плавания в Беринговом проливе практически?

А.В. Например, Россия и США могут договориться о введении в Беринговом проливе системы разделения движения судов или рекомендованных путей. При этом согласовать и правовые, и инфраструктурные аспекты. Тогда вероятность столкновения судов, проходящих через пролив, несомненно, снизится.

ЗР: Какова роль военных в контроле над проходом судов через пролив?

А.В.: Наши Минобороны и Военно-морской флот, конечно, главный форпост защиты суверенитета Российской Федерации — и над внутренними морскими водами, и над территориальными водами. Непосредственно охрана государственных границ поручена пограничной службе, которая функционирует в рамках ФСБ. Военные, разумеется, заинтересованы в поддержании инфраструктуры безопасности судоходства. Например, Главное управление навигации и океанографии Министерства обороны издает лоции и морские карты, которые являются необходимым навигационным средством и для гражданских судов. Кроме того, сотрудничество разных федеральных органов исполнительной власти — в том числе и Министерства обороны — необходимо для поддержания таких важных компонентов инфраструктуры навигационной безопасности, как маяки. Поэтому, как правило, в любого рода морских переговорах военные присутствуют — и со стороны США, и со стороны Российской Федерации. Это естественно.

ЗР: В обсуждении статуса Берингова пролива участвовали представители Гринписа или других природоохранных организаций?

А.В.: Гринпис не был представлен, а национальные природоохранные организации Аляски активно участвовали в обсуждении. Достаточно конструктивно, без экологического радикализма.

ЗР: Увеличение российского военного присутствия в Арктике может повысить безопасность плавания через Берингов пролив и на подходах к нему?

А.В.: В определенном смысле да. Увеличение количества проходов иностранных торговых судов через Берингов пролив означает также увеличение некоторых рисков, в том числе связанных с пиратством. В этом смысле присутствие военно-морского флота в Арктике, сотрудничество между флотами и береговой охраной арктических государств — прежде всего России и США — это, конечно, позитивный фактор.

ЗР: Разговоры о росте российского военного присутствия в Арктике, в том числе в СМИ, не мешают вам в переговорном процессе?

А.В.: Прежде всего следует развеять миф: российское военное присутствие в Арктике не растет, если сопоставить его с нашим присутствием в этом регионе в период СССР. После прекращения существования Советского Союза все было брошено, целые военно-морские базы. Сегодня речь идет о том, чтобы восстановить некоторые базы, которые у нас там были традиционно. И это не новость.

ЗР: Это мы так считаем. А ваши западные коллеги разделяют вашу точку зрения?

А.В.: Что касается наших арктических соседей, то, как вы понимаете, белых и пушистых здесь нет. У всех пяти приарктических государств в этом регионе есть военные морские силы. Наиболее мощное присутствие у США, и далее — Канада, Норвегия и Дания. Все это члены НАТО, наши большие друзья… (улыбается — ЗР)

ЗР: И тем не менее, это не мешает нашей совместной работе?

А.В.: Нет. Мне кажется, что как бы ни развивалась динамика военно-морского присутствия в Арктике, это реальность. Той напряженности, которая была в период холодной войны, нет. Поэтому алармистские замечания в СМИ все-таки искусственны.

Источник

РФ и Финляндия обсудили прокладку волоконно-оптического кабеля по Северному морскому пути, сообщает Минкомсвязь РФ по итогам переговоров российской делегации во главе с премьер-министром РФ Дмитрием Медведевым с председателем правительства Финляндии Юхой Сипилем и министром транспорта и связи Финляндии Анне Бернер.

Ранее в пятницу Медведев по итогам переговоров с премьер-министром Финляндии назвал идею прокладки телекоммуникационного кабеля по Северному морскому пути интересной для многих стран и отметил, что у проекта может быть хорошее будущее.

Как отмечает Минкомсвязь, российская сторона поддерживает инициативу финляндской стороны по продвижению этого проекта в рамках программы председательства Финляндии в 2017–2020 годах в Арктическом совете.

"Было отмечено, что реализация проектов на территории Российской Федерации должна обеспечиваться с учетом норм действующего российского законодательства. В настоящее время развитие инфраструктуры связи в Арктическом регионе решается с помощью российской орбитальной группировки связи", — говорится в сообщении российского министерства.

По данным Минкомвсвязи, российская сторона в ходе переговоров представила проект подводной кабельной оптоволоконной системы, которая может соединить Европу и Азию высокоскоростной магистралью по кратчайшему маршруту — через Северный Ледовитый океан. Помимо транзита трафика в Азию трасса сможет обслуживать труднодоступные районы крайнего Севера и Дальнего Востока.

Как отмечает Минкомсвязь, министр связи и массовых коммуникаций Российской Федерации Николай Никифоров вошел в состав делегации РФ, которую возглавил председатель правительства РФ.

Источник

Первый заместитель Министра энергетики Российской Федерации Алексей Текслер провел очередное заседание рабочей группы «Развитие энергетики» Государственной комиссии по вопросам развития Арктики.

Ключевыми темами заседания стали доклады о проблемах и перспективах развития топливно-энергетического комплекса Ямало-Ненецкого автономного округа и Красноярского края. Обсуждались вопросы освоения углеводородного потенциала регионов, обеспечения приоритетных проектов энергетической инфраструктурой и безопасности на объектах ТЭК.

В ходе мероприятия утвержден план деятельности рабочей группы на 2017 год. Особое внимание в следующем году полагается уделить вопросам развития энергетической инфраструктуры «опорных зон» Арктики, необходимой для реализации приоритетных проектов.

Следующее заседание рабочей группы состоится в I квартале 2017 года.

Источник

Вопросы сохранения языка, культуры и традиций малочисленных и коренных народов чрезвычайно важны для России, заявил президент России Владимир Путин.

На встрече с членами Совета по правам человека правозащитник Андрей Бабушкин попросил Путина дать Совету поручения по подготовке предложений по защите культуры, языка и традиций коренных и малочисленных народов.

"Что касается малочисленных коренных народов России, то совсем недавно мы обсуждали это на Совете по межнациональным отношениям. Безусловно, вопрос чрезвычайно для такой страны, как Россия, важен. Мы обязательно этим позанимаемся. Эти вопросы, к сожалению, по остаточному принципу решаются, и считается, что это не так важно, никто не обращает на это внимания. Но на самом деле это не так. На самом деле они важны", — сказал Путин.

Источник

Об этом представитель губернатора Архангельской области по развитию Арктики заявил на VI международной конференции «Арктика: настоящее и будущее» в Санкт-Петербурге.

Как подчеркнул в докладе Лев Левит, Архангельская опорная зона является ключевой с точки зрения промышленного освоения Арктики и развития транспортной системы макрорегиона.

– Она включает в себя 11 взаимоувязанных проектов в сфере транспорта, в горнодобывающей отрасли, лесной сфере, жилищном и строительном секторе, в сферах развития технологий, сельского хозяйства, а также в туризме, – отметил эксперт.

Большинство проектов будут реализованы до 2030 года. Это скажется и на темпах экономического роста, и на качестве жизни населения Архангельской области и Арктической зоны РФ в целом. Лев Левит выразил уверенность, что роль Поморья в вопросах освоения приполярных территорий РФ будет возрастать.

—Мы убеждены, что Архангельская опорная зона может стать одной из наиболее сильных в Российской Арктике и заслуживает придания ей статуса пилотной, – резюмировал он.

Напомним, в марте 2017 года Архангельск станет крупнейшей площадкой для дискуссии и глубокого анализа на политическом и экспертном уровнях актуальных проблем и перспектив развития арктического региона в рамках IV международного форума «Арктика – территория диалога».

Ключевыми темами для обсуждения в рамках форума станут международное сотрудничество, транспортная инфраструктура для населения и грузов, подготовка кадров для обеспечения развития Арктики, развитие туристического потенциала, реализация инвестиционных проектов и бизнес-кооперация.

Источник

Первый заместитель губернатора Мурманской области Алексей Тюкавин представил проект Кольской опорной зоны, которая выбрана  одной из пилотных в рамках апробации проектного подхода к развитию арктической зоны РФ. Как заявил Тюкавин на пленарном заседании «Региональные модели развития опорных зон» в рамках VI Межрегионального форума «Арктика: настоящее и будущее», для создания Кольской опорной зоны было отобрано 35 приоритетных инвестиционных проектов на сумму более 500 млрд рублей.

По словам первого заместителя губернатора, стержнем Кольской опорной зоны станет Мурманский транспортный узел, вошедший в перечень 17 наиболее перспективных проектов по развитию Арктики. Общий объём инвестиционных вложений составит около 145 млрд рублей.

«В сочетании с проектами реконструкции аэропорта, железнодорожной инфраструктуры, автомобильных дорог, созданием новых и модернизацией существующих объектов сервисного обеспечения судоходства он сформирует в Мурманске крупнейший арктический логистический центр», — подчеркнул Тюкавин.

Кроме того, к числу приоритетных в Мурманской области отнесены проект «Новатэка» по созданию специализированной верфи для строительства крупнотоннажных морских сооружений; компании «Роснефть» по строительству опорной базы для берегового обеспечения шельфовых проектов; проекты горнопромышленных компаний, а также проекты, которые обеспечивают надёжное энергоснабжение промышленных объектов.

Шестой международный форум «Арктика: настоящее и будущее», организованный межрегиональной общественной организацией «Ассоциация полярников», проходит в Санкт-Петербурге с 5 по 7 декабря 2016 года. МИА «Россия сегодня» выступает генеральным информационным партнёром форума «Арктика: настоящее и будущее», а информационный ресурс The Arctic — официальным информационным партнёром форума.

Источник

Формирование Северо-Якутской опорной зоны потребует вложения более 700 млрд рублей в приоритетные проекты Республики Саха (Якутия). Об этом в ходе международного форума «Арктика: настоящее и будущее» сообщил первый заместитель председателя правительства республики Алексей Стручков. 

«В целом мы рассчитывает, что объём капитальных вложений в приоритетные проекты на территории арктических районов Республики Саха (Якутия) составит более 700 млрд рублей», — заявил он. Средства планируется направить на разработку и добычу нефтяных участков, освоение участков редкоземельных металлов, золотой руды и рассыпного олова и попутных компонентов в арктических районах республики. 

Целью формирования зоны станет стимулирование повышения эффективности и диверсификация экономики арктических районов республики, которые будут ориентированы на развитие СМП, а также комплексное развитие арктических и северных территорий республики. 

«Формирование Северо-Якутской опорной зоны предусматривает развитие территорий как целостного проекта по принципу обеспечения взаимоувязки всех отраслевых мероприятий на этапах планирования, целеполагания, финансирования и реализации, что позволит сократить все виды затрат и издержек», — заявил первый заместитель председателя правительства республики. 

В связи с этим планируется провести реконструкцию морского порта Тикси, чтобы обеспечить безопасный заход в порт судов с осадкой до 10 м, объём грузопереработки может быть увеличен до 300 тыс. т в год. Работы потребуют вложения 1,9 млрд рублей. По словам Стручкова, кроме реконструкции порта планируется завершить строительство железнодорожной ветки до Якутска и развить судоходство по рекам региона. Также будет реконструирован Жатайский судоремонтно-судостроительный завод, где уже в 2019 году планируется заложить головное речное судно. 

«Создание транспортной магистрали позволит сократить сроки и стоимость доставки грузов из Азиатско-Тихоокеанского региона в европейскую часть континента», — сказал Стручков. 

Развитие Северо-Якутской опорной зоны будет обеспечено за счёт реализации инвестиционных проектов по освоению месторождений углеводородов как на шельфе, так и в материковой части арктической зоны, а также якорных проектов твёрдых полезных ископаемых на суше. 

«Реализация вышеназванных проектов в перспективе послужит толчком для полномасштабного освоения Арктики, в частности организации новых производств, формирования оптимальной энергетической и транспортной инфраструктуры», — сказал Стручков. Таким образом, к 2025 году в республике должно появиться 1,5 тыс. рабочих мест в горнодобывающей промышленности и около 3 тыс. — в сопутствующих отраслях. 

Первый зампред правительства республики добавил, что «в целях минимизации рисков» власти надеются на оказание существенных мер господдержки и предоставление налоговых преференций на начальном этапе реализации проектов.   

Шестой международный форум «Арктика: настоящее и будущее», организованный межрегиональной общественной организацией «Ассоциация полярников», проходит в Санкт-Петербурге с 5 по 7 декабря 2016 года. МИА «Россия сегодня» выступает генеральным информационным партнёром форума «Арктика: настоящее и будущее», а информационный ресурс The Arctic — официальным информационным партнёром форума.  

Источник

Арктика сегодня представляет огромный интерес для всего мира. Колоссальные природные богатства, влияние на климат планеты, транспортный и логистический потенциал Северного Ледовитого океана, вопросы мореходства в высоких широтах – все это объясняет, почему такое пристальное внимание к этому региону проявляют не только страны, расположенные в циркумполярной зоне. С таянием льдов, связанных с глобальным потеплением, Арктика становится все доступнее для судов в водах, расположенных за пределами исключительных экономических зон арктических государств, а также для ведения научных исследований и хозяйственной деятельности. Одновременно наращивается военное присутствие в регионе. Может ли Арктика превратиться в зону потенциальных конфликтов? Конкуренция или международное сотрудничество – какой подход победит? Эти и другие вопросы мы задаем специальному представителю Франции по полюсам Лорану Майе.

— Господин Майе, у Вас довольно необычная должность, тем более для Франции, которая не является арктическим государством…

Да, это на самом деле немного экзотический вид деятельности, поскольку Франция – это страна, которая далека от Арктики. Она находится на расстоянии около 5000 километров от наших берегов. Однако, если мы посмотрим на карту, то увидим, что Арктика представляет собой продолжение Северной части Атлантического океана, который омывает побережье Франции. Таким образом, Арктика не настолько уж далека от Франции, как это могло бы показаться. Франция – морская держава, страна, традиционно представленная в разных уголках планеты.

— Я знаю, что французские исследователи занимались изучением Арктики, но в России очень мало об этом известно…

Жаль, поскольку на самом деле есть французские исследователи и ученые, которые изучали этот регион. Мы знаем о российских исследованиях Арктики. И, честно говоря, Франция никогда не претендовала на сравнение с такой страной, как Россия, у которой есть исторические традиции в Арктике.

Однако, мы можем утверждать, что наши традиции исследований восходят к 18 веку. Таким образом, мы знаем и часто посещаем арктические земли уже более 200 лет. Более того, страны и нации, которые также исследовали Арктику и Антарктику, сейчас демонстрируют свой интерес к этим регионам. Если мы, например, посмотрим на Европу, то увидим, что есть государства, которые не находятся в Арктической зоне, но интересуются Арктикой.

Они уже долгое время проводят научные исследования здесь — это Польша, Германия, Италия, Франция… Так что эти, к сожалению, плохо известные в России традиции стали причиной того, что Франция сейчас, к примеру, имеет статус наблюдателя в Арктическом совете. Вы у меня не спрашивали, но необходимо сказать, что мы обсуждаем различные вопросы Арктики в рамках данного форума.

— А часто ли Вы, господин Майе, как спецпредставитель по полюсам, бываете в Арктике и Антарктике? 

Да, я очень часто бываю в Арктике и Антарктике. Это две зоны, которые не следует сравнивать по многим причинам. Арктика и Антарктика — холодные зоны, и это практически все, что их объединяет. Не нужно их путать. Что касается Арктики, я много раз бывал там.

На самом деле, есть различия между разными арктическими регионами. Арктическая Сибирь – это не Аляска и не Гренландия. Территории очень различаются, поэтому мы можем увидеть Арктику разной, и одна из наименее известных зон для туристов — это российская Арктика.

Конечно, вы знаете, что политическая обстановка сейчас несколько напряженная, но количество туристов, посещающих российскую Арктику, растет. Все больше желающих отправиться в Сибирь, посетить Берингов пролив и т.д.

Позволю себе сказать, что сегодня мир для себя открывает невероятные богатства, пейзажи и природу российской Арктики, с которыми ничто не сравнится в плане потрясающей красоты. По крайней мере, в моих глазах.

— Я знаю, что летом этого года принята Национальная Арктическая программа Франции. Почему это так важно для вашей страны?

Это правда. Вы очень хорошо проинформированы. Но никто не знает, что Франция в июне прошлого года опубликовала документ об Арктике под названием «Дорожная карта».

Этот документ объединяет следующие аспекты: защиту, национальную безопасность, научное взаимодействие, окружающую среду, экономическую деятельность. Вероятно, у нас их будет больше в будущем, и мы готовы встречаться с российской стороной, чтобы обсуждать важные детали французской экономической деятельности в Арктике.

Есть еще и политический аспект. Мы могли бы назвать политические интересы Франции в Арктике. Это желание внедрить законодательство, которое позволило бы сбалансировать развитие этой зоны, столь хрупкой в плане окружающей среды.

Когда мы рассуждаем о коммерческой навигации, рыболовстве, добыче углеводородов, минеральных ресурсов, мы признаем важность этих отраслей. Эти ресурсы принадлежат арктическим странам. Важно избежать двусмысленности по этому вопросу. Однако, как вы знаете, компании, которые будут вовлечены в экономическое развитие Арктической зоны, — это мировые корпорации, международные компании.

Следует ожидать, что определенные французские, испанские, итальянские компании заработают на своей деятельности, с которой они придут в Арктику. Их должны касаться экономические меры, контролирующие деятельность в зонах с уязвимой экологией. Этот вопрос Франция хотела озвучить перед всеми нашими партнерами, особенно, — перед Россией.

Мы не являемся арктическим государством, но используем потенциал Арктического океана. Таким образом, нас должно касаться законодательство, регулирующее работу в Арктике, на нас ложится ответственность, поскольку мы уже сейчас осуществляем несколько видов деятельности. И все, что касается Франции, так же касается и Германии, Китая и других стран, ведущих деятельность в Арктике.

Отсюда — потребность предпринимать глобальные меры по отношению к Арктике. И вместо того, чтобы отдельно рассматривать 8 арктических государств и оставшуюся часть мира, мы предлагаем сесть за круглый стол переговоров. Мы считаем важным, чтобы данный вопрос, как касающийся всех государств, обсуждался сообща.

Мы думаем, что это должно быть сделано совместно: обсуждение и принятие решений, которые приведут в действие нормы, столь необходимые нам, чтобы переформатировать новые виды экономической деятельности в зоне, которая беспрецедентно хрупка.

— Я недавно делала обзор англоязычных СМИ — в части того, что они пишут об Арктике. Нельзя не заметить, что в американских и других англоязычных газетах и журналах очень много противостояния, много горячих и хлестких заголовков, эмоций. И это говорит о напряженности в арктической теме. Есть ли сегодня риск, что Арктика станет зоной напряжения, как Вы считаете?

В целом, я не думаю, что Арктика может стать зоной политической нестабильности или зоной конфликтов. Напротив, мы считаем, что активное развитие Арктики началось несколько лет назад, и особенно характерно развитие оборонного потенциала.

В первую очередь с российской стороны, поскольку Россия должна обеспечить безопасность огромной территории. На вас лежит большая ответственность за морскую безопасность огромного пространства.

Не стоит интерпретировать используемые Россией способы как форму милитаризации российской Арктики. Следует понимать, что это способ обезопасить (во всех смыслах этого термина) морское побережье, окружающую среду.

С моим российским коллегой, господином Барбиным, который курирует арктическую тему в МИД России, мы сходимся во мнении, что Арктика должна оставаться зоной мира и международного взаимодействия, даже если есть проблемы вне ее. Арктика должна быть исключительной зоной, как это было озвучено в известной речи Горбачева в конце 80-х годов. Ее основной посыл: Арктика была ранее зоной напряженности и концентрации ядерного оружия, но сейчас должна превратиться в зону разоружения и мира. Очевидно, это — мечта.

Однако мы видим, что со стороны России, как и США, и стран Европы все возвращаются к этому желанию Горбачева: сделать все для того, чтобы Арктика не была зоной конфликта.

Есть еще один момент, который я хотел бы добавить. Арктика не существует сама по себе. Все, что в ней происходит, очень зависит от того, что предпринимается в столицах: в Москве, Осло, Оттаве, Вашингтоне и т.д.

Иначе говоря, Арктика — это северные территории, большинство которых принадлежат государствам, расположенным в средних широтах. К примеру, в Россия 15% ВВП приходится на долю Арктической зоны, и 20% экспорта. Есть такие страны, для которых арктические территории важны также, как для вашей страны.

Для России Арктика – это ее будущее. Ее освоение — необходимое условие для поддержания и увеличения уровня производства, для того, чтобы отвечать международным энергетическим потребностям и т.д. И мы это очень хорошо понимаем.

Сравнима с российской ситуация в Норвегии. Также есть Аляска и Гренландия, финская Лапландия, Швеция, Исландия. Здесь ситуация коренным образом отличается. Арктика не является ключевым элементом экономического будущего страны, даже если она и представляет собой возможности. Следует отличать Россию и Норвегию, которые имеют очень высокий экономический потенциал в Арктике, от других государств.

Отвечая на ваш вопрос, следует сказать, что — да, мы видим изменения в отношениях между Европейским союзом, США и Россией из-за кризиса, связанного с ситуацией на Украине. Это в некоторой степени проявляется и в отношении к Арктике.

Речь не идет о разрыве дипломатических отношений или о каких-то инцидентах. Еще раз оговорюсь: на данный момент и, надеюсь, на будущее, Арктика останется зоной мира и сотрудничества. Иными словами, даже если есть конфликты за пределами Арктической зоны, в самой Арктике существует обязательное правило всегда поддерживать уровень мирного взаимодействия.

— Политический кризис существует объективно, есть санкции, которые осложнили реализацию российских арктических проектов. У нас в России есть поговорка про «палку о двух концах». Да, санкции ударили по российским интересам, но общаясь с представителями «Тоталь» на одной из конференций пару лет назад, я узнала, что и им стало сложнее работать, привлекать кредиты на проекты, реализуемые в российской Арктике, а проекты весьма затратные. Что надо сделать, чтобы Арктика действительно стала местом делового и научного сотрудничества?

Что касается «Total», чудесным образом проект «Yamal LNG» не попал под санкции Брюсселя. Вы же это знаете? Для нас это очень важно, так как это связано с одной из основных наших французских компаний, работающих в Арктике. Но это не отвечает на ваш вопрос, так как можно сказать, что это случайное стечение обстоятельств.

Каким образом мы можем сохранить ситуацию в Арктике или исключить эту зону из мировой геополитической арены — это та еще загадка. Я хотел бы дать следующий ответ.

На данный момент мы добились того, что Арктика является исключительной территорией, и связанное с ней сотрудничество не зависит от сложностей, возникающих за ее пределами. Однако я не думаю, что такая ситуация может продолжаться бесконечно долго.

К примеру, если речь заходит о военно-политических вопросах, как в случае с блоком НАТО, — это является важным политическим и дипломатическим аспектом для России. Это не более, чем стратегия, цель которой — равновесие сил в Арктике. Если завтра американские военные силы окажутся на территории Исландии, это станет еще одним моментом, который внесет смуту, столь ненужную нам сейчас.

Ответить на ваш вопрос однозначно — означает упростить ситуацию, упростить ее до гротеска, до шаржа. Арктика обязана своим спокойствием дипломатическим усилиям всех сторон с целью поддержания баланса не только в высоких широтах, но и в других частях земного шара. Наша задача действовать совместно, следовать общим курсом и поддерживать это движение.

— Господин Майе, а у Вас есть какое-нибудь любимое место в Арктике, куда Вы готовы возвращаться вновь и вновь?

Да. В Арктике есть два места, которые мне запомнились. Одно из них – это Чукотка. Мы даже подружились с одной женщиной, которая там живет. Она – певица горлового пения. Дважды приглашала меня на свои концерты в Париже, которые были замечательными. И на мой взгляд, Чукотка — абсолютно необыкновенна.

Еще одно место, которое мне также очень понравилось – Гренландия. Это еще одно популярное туристическое направление. Оно очень привлекательно для туристов благодаря ледяным пустыням. В Гренландии есть обитаемые материковые ледники. И если вы меня попросите выбрать между этими двумя местами, мне придется непросто…

Источник

У Российской Арктики стран­ная судьба: на протяжении почти четверти века на всех уровнях власти не уставали повто­рять о ее значении для будущего России. Но конкретных действий не следовало, инвестиции обходи­ли стороной богатейшие полярные территории. Ситуация изменилась в последние три года, когда Совет Федерации плотно занялся аркти­ческой тематикой, а ее куратором в Правительстве стал вице-премьер Дмитрий Рогозин, чьи размыш­ления о сегодняшней ситуации и перспективах Арктики мы и публи­куем.

Все флаги в гости

Сегодня ведущие международные игроки уделяют Арктике все боль­ше внимания. Зачастую это выли­вается в усиление соперничества, столкновение интересов и амбиций различных стран, в том числе и не­арктических.

Тем не менее, как признается высшим политическим руковод­ством арктических держав и Евро­пейского союза, Арктика — одно из немногих направлений, где между­народное сотрудничество с Россией не только не прекращалось, но и активно продолжается.

По информации МИД России, в рамках деятельности Арктического совета ни один из почти 80 проек­тов сотрудничества не был свернут.

Россия рассматривает своих со­седей по Арктическому региону как естественных и приоритетных пар­тнеров в развитии международного сотрудничества. И для этого у нас есть конкретные предложения.

Санкционная политика позволи­ла нам открыть новые возможно­сти, чтобы сотрудничать в Арктике с нашими азиатскими партнерами, прежде всего в экономической сфе­ре, совместно создавая крупные энергетические и транспортные инфраструктурные проекты на основе разработки нефтегазо­вых месторождений.

Что можно выделить в этом отношении? Реализу­ем с участием Китая проект «Ямал СПГ», осваиваем Ван­корское месторождение с ин­дийскими партнерами.

Прорабатываются направ­ления сотрудничества с ко­рейскими и японскими биз­несменами, например в части постройки судов и оборудова­ния для работы на шельфе.

Пять триллионов рублей на развитие севера

Независимо от того, участвуют или нет зарубежные компании в наших проектах, считаю, что России необ­ходимо устойчиво и поэтапно раз­вивать Арктические зоны, и мы бу­дем наращивать усилия по ее мир­ному, ответственному и бережному освоению. Каковы же векторы раз­вития в Арктическом регионе? Усилия государства в ближайшее время будут направлены на то, что­бы сформировать механизмы под­держки, в том числе финансового и проектного направления деятельно­сти России в Арктике, а также раз­работать методику отбора такого рода инициатив.

Поддерживать указанную дея­тельность будет Государственная комиссия по вопросам развития Ар­ктики, созданная Указом Президента Российской Федерации в целях обе­спечения национальных интересов Российской Федерации в Арктике и повышения уровня государственно­го управления при реализации стра­тегических приоритетов.

По поручению Госкомиссии Мин­экономразвития России совместно с федеральными и региональными органами власти и организациями подготовлен «портфель» проектов, призванный ускорить развитие Арктической зоны Российской Фе­дерации.

Речь идет о 150 приоритетных проектах со сроками реализации вплоть до 2030-х годов общей стои­мостью почти пять триллионов руб­лей, причем большая часть средств (около четырех триллионов) прихо­дится на внебюджетные источники.

Приведу цифры о направлен­ности этих проектов по отраслям в процентах:

• переработка полезных ископа­емых — более 48% (в том числе ал­мазы — 14%);
• транспорт — 16%;
• геологоразведка — 7%;
• реализация проектов на шельфе — 7%;
• промышленность и энергетика — по 5%;
• рыбная промышленность и сельское хозяйство — 5%;
• и по 2% на экологию, телекомму­никацию и туризм.

 

Среди этих проектов — «Прираз­ломное», «Ямал СПГ», строительство морского порта в порте Сабетта, Северный широтный ход, Мурман­ский транспортный узел, строитель­ство ледоколов и плавучей АЭС в городе Певек, развитие Северного морского пути, создание техники и технологий для работы в Арктике.

Часть выбранных проектов по­зволяет поддержать и диверсифи­цировать экономику арктических моногородов (Воркута, Северо­двинск, Онега, Новодвинск), а также обеспечить модернизацию и своев­ременное замещение выбывающих мощностей — как в сфере электро­энергии, так и в сфере судостроения.

Сегодня Президентом Россий­ской Федерации поставлена задача Правительству расширять исполь­зование методов проектного под­хода. Это в полной мере применимо к Арктической зоне России, когда условия хозяйствования и освое­ния ведутся очаговым способом, концентрируясь вокруг крупных предприятий или инвестиционных проектов.

Исходя из необходимости сфор­мировать «каркас» социально-эко­номического развития Арктической зоны России вокруг «очагов хозяй­ственного освоения» территорий, Минэкономразвития России работа­ет над выделением так называемых опорных зон развития.

Другими словами, предполага­ется создавать «проектные офисы» в рамках каждого арктического субъекта, связанные единой систе­мой управления, а также экономи­ческой, транспортной и социальной инфраструктурой.

Этот механизм предполагается закрепить уникальным территори­альным Федеральным законом «О развитии Арктической зоны Рос­сийской Федерации» и реализовать в рамках формируемой новой ре­дакции государственной программы «Социально-экономическое разви­тие Арктической зоны Российской Федерации на период до 2020 года и дальнейшую перспективу».

Мы предполагаем заключение своего рода «социального договора» между государством и бизнесом, когда государство прилагает уси­лия по снятию инфраструктурных ограничений, а предприниматели принимают на себя обязательства по инвестированию.

Кроме того, развитие Арктиче­ской зоны России в проектной логике предполагает использование возмож­ностей, чтобы эффективно применять существующие инструменты государ­ственной поддержки, которые будут повышать инвестиционную привле­кательность проектов (там, где это обоснованно), таких как, например, свободные порты, ТОРы, ОЭЗы, ин­дустриальные парки, специальные инвестиционные контракты и другие.

Знак качества российской экономики

Достаточно распространено мнение, что Арктика — это в основном до­быча полезных ископаемых. Но за­ложенный в проекты освоения при­родных ресурсов потенциал может стать для научно-производственной повестки страны не менее значи­мым, чем в 1960-е годы был космос.

Мы видим Арктику как полигон, где будут апробированы новые оте­чественные инновационные техно­логии, заказчиками которых станут государство (в первую очередь Минобороны) и крупный бизнес (добывающие компании).

Это могут быть проекты с це­лью разработать новые материалы и топливо, пригодные для исполь­зования в условиях экстремально низких температур; проекты созда­ния «арктической» техники (малая авиация и вертолеты, летательные аппараты безаэродромного базиро­вания и беспилотники, суда река — море ледового класса, специальная гусеничная техника, техника на воздушной подушке). Современное геолого-разведочное оборудование, включая проекты подледной сейс­моразведки на арктическом шель­фе; использование биотехнологий для производства экологически чистых продуктов питания и се­мян; развитие фармакологической и парфюмерной промышленности.

Прошедшие испытания аркти­ческим климатом будут получать «арктический знак качества», свиде­тельствующий о сверхнадежности техники и оборудования.

Выбор России в нашей дея­тельности неизменен: цивилизо­ванно, в ходе переговоров ре­шать все спорные вопросы на основе международного права. Наша страна открыта для сов­местной работы в Арктике — как на двухсторонней основе, так и в мно­гостороннем формате, прежде всего в рамках Арктического совета.

Мы рассматриваем Арктику как территорию диалога и сотрудниче­ства и намерены решительно про­тиводействовать любым попыткам привнести в регион нервозность и конфронтацию.

Источник

 

Арктика — один из векторов развития России. В число арктических приоритетов страны, по словам президента Владимира Путина, входит создание качественных условий жизни для населяющих эти территории людей, привлечение в Арктику инвестиций и вложение средств в природоохранную деятельность, а также наращивание научного присутствия. Среди приоритетных арктических проектов ключевыми являются ямальские. Доля Ямало-Ненецкого автономного округа в общем объеме инвестиций в основной капитал Арктического макрорегиона превышает 66%, а в масштабах России Ямал входит в первую тройку доноров федерального бюджета. О том, как регион реализует экономическую политику в контексте этих стратегических задач, рассказал губернатор ЯНАО Дмитрий Кобылкин.

— Впервые об основных арктических приоритетах России глава государства заявил на международном форуме "Арктика — территория диалога" в сентябре 2010 года. Один из основных российских регионов в этой стратегии — Ямал. Что сделано в округе за эти годы?

— Глава государства конкретизировал задачи России в Арктике еще и на 3-м форуме "Арктика — территория диалога", который прошел в Салехарде в 2013 году. Он тогда поставил очень четкие задачи: "Ключевым принципом развития Арктики должно стать природосбережение, обеспечение баланса между хозяйственной деятельностью, присутствием человека и сохранением окружающей среды". При этом президентом было сформулировано, что "…в Арктике сконцентрированы большие интересы — и экономические, и политические, и гуманитарные. Крайне важно объединять усилия для эффективной работы в этом регионе мира и в нашем регионе". Поэтому правительство автономного округа проводит ежедневную работу по сохранению социально-экономической стабильности в регионе и приумножению его потенциала. Это важно для людей, бизнеса и власти. Результат такой политики мы видим в основных показателях развития.

На территории Ямала, занимающей десятую часть Арктической зоны России, производится более половины ее валового регионального продукта. И он ежегодно растет. По итогам 2015 года ВРП превысил 1,7 трлн руб.

Доля округа в общем объеме инвестиций в основной капитал Арктического макрорегиона превышает 66%, а в масштабах России Ямал входит в первую тройку.

Среди приоритетных арктических проектов ключевыми являются ямальские. Это завод "Ямал СПГ", порт Сабетта и Северный широтный ход — часть проекта "Энергия Арктики". Всего в прошлом году в округ поступило почти 800 млрд руб. инвестиций.

Мы в лидерах Арктической зоны по объему внешнеторгового оборота. По итогам первого полугодия он превысил годовое значение прошлого года и составил около 1,5 млрд руб.

По итогам 2015 года округ вошел в топ-20 регионов Национального рейтинга состояния инвестиционного климата. Напомню, что у нас действуют широкие меры поддержки бизнеса и понятные правила игры. Например, налоговые льготы инвесторам, реализующим проект с капитализацией более 1 млрд руб., сохранены. Со следующего года аналогичная схема начнет работать для региональных проектов стоимостью свыше 50 млн руб.

— Действительно, Ямал — привлекательная для инвесторов территория. О каких перспективах можно говорить уже сейчас?

— Дополнительной возможностью для роста экономического потенциала Ямала могут стать планы правительства России в 2017 году распространить на Арктическую зону режим территорий опережающего развития. Это важно для реализации инфраструктурных проектов и привлечения частных инвесторов, что на ближайшие годы остается нашим приоритетом.

Особое внимание — малому и среднему бизнесу. На базе отдельных многофункциональных центров мы начали оказывать предпринимателям услуги по принципу "одного окна". В следующем году МФЦ для бизнеса будут открыты во всех крупных городах Ямала. Также в ближайших планах — внедрение рейтинга инвестиционного климата муниципальных образований. Конкурентная среда позволит органам местного самоуправления активизировать усилия по созданию благоприятной предпринимательской среды на местах.

Привлекая инвесторов, мы должны помнить три постулата: достойное качество жизни ямальцев, неизменные правила для бизнеса и создание дополнительных возможностей для опережающего развития Ямала.

— Как формируется бюджет округа в условиях мирового кризиса и не лучших цен на углеводороды?

— Сегодня все пришли к пониманию, что мы живем в условиях новой реальности: низких цен на сырье, невозможности внешних займов и вытеснения России с традиционных сырьевых рынков. Надо быть реалистами — происходящие политические перемены в разных странах вряд ли в ближайшее время изменят эту ситуацию.

Наша задача — максимально быстро перестроиться, запустив новую модель развития. Мы к этому постепенно идем, снижая зависимость территории от моносырьевой экономики, развивая глубокую переработку и транспортную инфраструктуру.

Объективно в прошлом году наш регион столкнулся со сложностями по формированию бюджета.

Названные выше причины привели к значительному снижению налога на прибыль.Тем не менее в 2016 году нам удалось сформировать консолидированный бюджет в 156 млрд руб. Он сохранил социальный характер, и все расходные обязательства, прежде всего перед населением, выполнены в полном объеме.

О финансовой стабильности автономного округа свидетельствует выполнение обязательств перед муниципалитетами. Всего за последние шесть лет бюджеты муниципальных образований получили более 300 млрд руб. 

— Говоря о росте добычи, диверсификации приоритетных отраслей и развитии глубокой переработки, что вы имеете в виду?

— Хочу подчеркнуть важный момент: впервые за 12 лет добыча нефти в округе перешла в стадию роста. Мы приступили к добыче на континентальном шельфе. Никто в мире так далеко на Севере нефть не добывает.

Введены новые масштабные проекты. Это нефтеналивной терминал "Ворота Арктики", Восточно-Мессояхское и Пякяхинское месторождения. До конца года планируется сдать в эксплуатацию трубопровод "Заполярье — Пурпе — Самотлор". Это один из крупнейших объектов нефтепроводной системы "Восточная Сибирь — Тихий океан", по которой нефть пойдет в страны Азиатско-Тихоокеанского региона.

На полную мощность постепенно выходит уникальное по запасам Бованенковское нефтегазоконденсатное месторождение. Напомню, Бованенково — это стартовая площадка для выхода России на новые арктические территории, на огромные ресурсы и возможности.

Еще одна значимая составляющая нашей экономики — переработка. По итогам текущего года мы удвоим долю обрабатывающих производств по сравнению с 2010 годом, а с полным запуском завода "Ямал СПГ" в 2020 году каждый четвертый рубль, созданный в экономике, будет приходиться на переработку, а не на добычу сырья. Ближайшие три года станут переломными для Ямала.

— Как повлияло на текущую деятельность предприятий ТЭКа минувшее лето со вспышкой сибирской язвы и пожарами?

— Как и всем на Ямале, им тоже досталось. Но все сроки, которые мы поставили по запуску месторождений, выдерживаются. Все идет по запланированному графику.

— Транспортная составляющая наряду с ресурсной является не менее важной в подобных проектах.

— Мы продолжаем работу по созданию арктического транспортного блока. Совместно с компаниями "Газпром" и "Российские железные дороги", частными инвесторами в ближайшее время начнется реализация инфраструктурного проекта "Энергия Арктики". Он ускорит освоение созвездия арктических месторождений и откроет новые возможности для перерабатывающей промышленности. Бованенковский, Тамбейский, Новопортовский, Мессояхский, Каменномысский центры уже в обозримой перспективе станут локомотивами промышленного роста как автономного округа, так и всей России.

"Энергия Арктики" предполагает строительство двух участков железной дороги: Северный широтный ход и Бованенково — Сабетта, портовой инфраструктуры. События текущего года в очередной раз показали всю остроту и важность решения проблемы транспортной доступности. Над этим мы постоянно работаем, максимально используя все возможности.

Недавно правительство автономного округа подписало соглашение с РЖД. Уже в ближайшее время госкомпания направит концессионную заявку в правительство Российской Федерации. Таким образом, Северный широтный ход может стать первой концессионной железной дорогой в современной России.

Параллельно частный инвестор проектирует железнодорожную ветку Бованенково — Сабетта, которая соединит транспортную систему России с Северным морским путем. Документация подготовлена, подписано соглашение о государственно-частном партнерстве.

— В России 2017 год объявлен Годом экологии. Какое место в планах развития региона и освоения его недр занимает тема сохранения природы?

— Новую волну освоения ямальской Арктики без преувеличения можно назвать высокотехнологичной и экологически безопасной. В центрах нефтегазодобычи фиксируется снижение производственных отходов, сокращение вредных выбросов в атмосферу. Такой факт: возле промышленных объектов на Сабетте свободно гнездятся полярные птицы и живут песцы. А на мостах железной дороги на Бованенково свили гнезда краснокнижные кречеты. Это уникальные примеры для арктического мира!

Объективно такая тенденция является следствием колоссальных вложений, использования новейших разработок и учета природных и социальных особенностей территории. В этом году мы увидели первые результаты восполнения биоресурсов ямальских водоемов. В акваторию Оби впервые выпущено более 2,5 млн мальков муксуна, выращенных на собственном Собском рыборазводном заводе. Такого еще не было в Арктике. Рыбоводный завод на берегу реки Собь — самый мощный в России по воспроизводству сиговых рыб. Его строительство стало возможным благодаря совместной работе правительства округа и нашего стратегического партнера — компании НОВАТЭК.

Конечно, работы еще много, в том числе по ликвидации накопленного ущерба, устранению пробелов в федеральном законодательстве. Подчеркну, что эту тему мы обсуждали на встрече с генеральным прокурором России, а также на экспертном совете с недропользователями. Сегодня все понимают ответственность и значимость экологической безопасности в Арктической зоне. Важно это понимание трансформировать в реальные действия.

— Недавно президент встречался с членами правительства, обсуждали, в том числе, Арктику. Что для себя вы отметили?

— Я отметил, что все стали больше понимать, что Арктика — это ледокол, который ломает лед, прорубает новую дорогу России в новый мир. Для нас это экономический, конкурентный новый мир, в котором надо адаптироваться, мир транспортной логистики. Все больше и больше людей это понимают. Одно рабочее место в Арктике требует создания полутора десятков рабочих мест в других регионах. Арктика — это мощный драйвер экономики всей страны. Поэтому меня очень порадовала активная позиция по поводу свободной экономической зоны в Арктике. Считаю, что нужно обратить внимание на те субъекты в Арктике, которые способны придать дополнительный стимул для развития экономики. Это важно для всей страны.

Источник