Автор: admin

Десять исландских компаний приехали в Мурманск на международную деловую неделю, чтобы провести ряд встреч и обсудить возможности сотрудничества в рыбной отрасли, торговли и других сферах и спланировать конкретные проекты, сообщила журналистам чрезвычайный и полномочный посол Исландии в РФ Берглинд Асгейрсдоттир.

В программе визита исландского посла – встречи с рыбопромышленниками, представителями власти, науки и образования, участие в презентации исландской кухни. По словам Асгейрсдоттир, у Исландии всегда был огромный интерес к Мурманской области, и сегодня она отмечает большую заинтересованность исландских бизнесменов в налаживании контактов с северным регионом России.

"У нас очень обширные торговые связи. Исландские компании имеют давние связи с Мурманской областью, они продают сюда оборудование и занимаются его обслуживанием, но наша задача – привезти конкретные проекты сотрудничества", — пояснила Асгейрсдоттир и выразила надежду, что если во время этого визита будут достигнуты договоренности, исландская бизнес-миссия вернется в Мурманск.

"У нас есть взаимопонимание. У Исландии и России очень давние торговые связи – более 70 лет, и я должна сказать, что мама вашего министра иностранных дел Лаврова – госпожа Лаврова – когда-то отвечала за торговые связи между Исландией и Россией. Она была настолько успешна, что президент Исландии вручил ей медаль высшего достоинства", — рассказала дипломат.

На встрече с губернатором региона Мариной Ковтун Асгейрсдоттир обсудила конкретные планы сотрудничества в разных сферах между Исландией и Мурманской областью.

"Исландия, являясь членом Арктического совета, разделяет с Россией те принципы, на основе которых строится международное сотрудничество в Арктическом регионе. И Россия, и Исландия считают своими приоритетами в Арктике экологическую защиту северных морей, охрану окружающей среды и поддержку научных исследований", — отметила Ковтун.

Источник

По сведениям Микко Карна, депутата от партии Центр, министерство транспорта и связи продолжает строить грандиозные инфраструктурные планы. В министерстве, пишет Yle со слов депутата от северной Лапландии, решили рассмотреть Арктическую железную дорогу в качестве составной части «Rail Baltica» – планируемого туннеля через Финский залив.

«Очень важно, что эти два проекта связали вместе. Результат позволит построить совершенно новый путь сообщения от Северного Ледовитого океана до центра Европы, – говорит депутат. – Сейчас, чтобы сделать проект реальным, необходимо сотрудничество по всей стране и во всём политическом спектре».

По информации финской телерадиокомпании, финский министр транспорта Анне Бернер представила инфраструктурные проекты на прошлой неделе на заседании Совета Северных стран.

О приверженности финского правительства этим железнодорожным проектам неоднократно говорилось на различных мероприятиях.

В октябре прошлого года в прошлом комиссар ЕС, а ныне министр экономики Финляндии Олли Рен подчеркнул: «нам нужно железнодорожное сообщение между Берлином и Северным Ледовитым океаном».

Позже в том же году экс-премьер-министр Финляндии Пааво Липпонен меморандуме президенту Европейской Комиссии Жану-Клоду Юнкеру подчеркнул, что «сейчас самое время, чтобы обеспечить ЕС логистическим выходом к Северному Ледовитому океану, запустив проект железнодорожного сообщения между Южной Финляндией и Киркенесом  (Норвегия), последнее «недостающее звено» в транспортной системе Юг-Север ЕС».

На встрече в Вильнюсе весной этого года министр Анне Бернер подчеркнула, что «Rail Baltica», крупнейший инфраструктурный проект, который должен связать Финляндию с прибалтийскими странами, должен иметь продолжение до Северного Ледовитого океана. Это открыло бы возможность для транзитных перевозок из Азии в континентальную Европу по «Rail Baltica», сказала она, сообщается в пресс-релизе посольства Финляндии в Вильнюсе.

В комментариях Barents Observer’у глава Партнёрства по транспорту и логистике «Северного измерения» Оддгейр Даниэльсен отметил, что проекты касаются «недостающего звена между Европой и Арктикой». «Туннель Хельсинки–Таллин и Арктическая железная дорога вскроют огромный арктический потенциал и придадут импульс неуклонному экономическому развитию как в самом регионе, так и в ряде стран Европы, в России и Азии».

Дело, впрочем, не только с сообщением с Центральной Европой, но и в богатых минеральных и рудных ресурсах севера Финляндии. К примеру, крупные залежи фосфоритов имеются в Сокли, проект по разработке которых осуществляет норвежская компания «Yara». Финским горнодобывающим компаниям было бы намного легче поставлять свою продукцию на рынок по арктическому пути, чем через и без того перегруженным Балтийским морем.

Депутат Микко Карна считает, что северные страны должны теперь сообща обсудить маршрут Арктической железной дороги. Основные варианты – от Коллари до Шиботна (губерния Трумс) и от Рованиеми до Киркенеса.

«Одно государство, не говоря уже о Лапландии, не может самостоятельно решать, пойдёт ли железная дорога до Трумса или до Киркенеса. Решение должно служить всем сторонам наилучшим образом».

По мнению депутата, к строительству Арктической железной дороги и «Rail Baltica» можно было бы приступить уже при нынешнем правительстве. Оценка строимости проекта составляет 10-16 млрд. евро.

Источник

Замена временных и экологически небезопасных рейдовых перевалок на современные береговые комплексы путем строительства на западном берегу Кольского залива нефтеперегрузочного терминала в полной мере отвечает требованиям высоких экологических стандартов и безопасности в Арктике. Об этом губернатор Марина Ковтун заявила в ходе пленарного заседания «Арктическим курсом» V Мурманской международной деловой недели, комментируя предложения региона в законопроект о развитии Арктической зоны России.

Глава региона напомнила, что сегодня направляемая на экспорт нефть с арктических месторождений перегружается в Кольском заливе через рейдовые перегрузочные комплексы. В 2015 году объем её экспорта составил 7 млн тонн. С началом активной фазы эксплуатации Приразломного, Новопортовского и Печерского месторождений он увеличится в разы – до 24-25 млн тонн ежегодно, привела данные Марина Ковтун. 

Кроме того, создание нефтеперегрузочного терминала могло бы способствовать созданию в регионе нефтеперерабатывающих мощностей для производства продукции с более высокой добавленной стоимостью, в первую очередь для внутреннего потребления.

Источник

Стимулировать развитие приморских арктических регионов могло бы установление особых режимов ведения хозяйственной деятельности на территории арктических портов, таких, как режим свободного порта Владивосток, заявила губернатор Марина Ковтун в ходе пленарного заседания V Мурманской международной деловой недели.

"Распространение такого режима за счет снижения налоговой нагрузки в части таможенных платежей позволит реализовать наши конкурентные преимущества по целому ряду направлений: ускорить освоение западного берега Кольского залива и развитие малых прибрежных населенных пунктов, таких как Ура-Губа, Лиинахамари и Териберка, вывести на новый уровень трансграничную торговлю, развивая транспортную инфраструктуру, увеличить объемы экспортно-ориентированных судоремонтных и логистических услуг, рыбопереработки, расширить присутствие иностранного бизнеса, ускорить внедрение современных технологий и оборудования на основе зарубежного опыта", – пояснила глава региона.

Источник

Для развития Арктической зоны РФ и ее опорных зон требуются конкретные механизмы, которые будут эффективно привлекать инвесторов, уверена губернатор Мурманской области Марина Ковтун.

На пленарном заседании V Мурманской международной деловой недели "Арктическим курсом" М.Ковтун озвучила предложение снизить размер стартового платежа за право пользования недрами.

"Мы считаем что очень важно отразить в законе особенности государственной политики в сфере недропользования в арктическом макрорегионе. (…) Здесь элементами селективный политики могло бы стать снижение затрат стартового платежа за право пользования недрами и увеличение сроков его оплаты", — сказала глава Заполярья.

В частности, власти Мурманской области предлагают распространить снижение стартового платежа на месторождения дефицитных минеральных ресурсов в труднодоступных и удаленных от транспортной и энергетической инфраструктуры местах, требующие доразведки запасов сырья и разработки технологий переработки руды.

"Такое решение могло бы дать хороший импульс развитию нашего уникального Африкандовского месторождения, которое разрабатывалось достаточно успешно, но сегодня никто не проявляет интерес, поскольку заплатить за лицензию необходимо такую сумму (263 млн руб. — ИФ), которая сдерживает инвесторов, поэтому аукционы остаются без участников", — привела пример М.Ковтун.

Такое решение, добавила она, разрешило бы часть вопросов импортозамещения.
Аналогичного мнения придерживаются власти Карелии. Как заметил заместитель премьер-министра республики Юрий Савельев, в 2013 году трое инвесторов воздержались от разработки Пудожгорского месторождения титаномагнетитовых и молебденовых руд, стартовый платеж для которого превышал 3,1 млрд рублей.

"У нас было три потенциальных инвестора, в том числе, два китайских инвестора, но они пока остановились", — сказал он.

Как сообщалось, 23 ноября 2015 года Федеральное агентство по недропользованию планировало провести открытый аукцион на право пользования участком недр Африкандского месторождения. Стартовый платеж за 25-летнюю лицензию составлял 263 млн рублей. Согласно положениям аукциона, недропользователь должен был приступить к началу геологического изучения недр не позднее 18 месяцев со дня государственной регистрации лицензии.
Распоряжение о проведении в 2015 году аукциона на право пользования участком недр федерального значения, включающим Африкандское месторождение, было подписано председателем правительства РФ Дмитрием Медведевым 17 июня 2015 года.

Правительство Мурманской области обращалось в правительство РФ с просьбой о проведении повторного аукциона. По словам главы города Полярные Зори Максима Пухова, аукцион может состояться до конца 2016 года.

Первая попытка начать освоение Африкандского месторождения была предпринята 30 лет назад, однако из-за обнаружения в составе руды радиоактивного тория разработка не была начата. В 2000-е годы специалистами Института химии Горного института Кольского научного центра РАН (КНЦ РАН) был разработан метод переработки комплексных руд месторождения.

Прогнозные ресурсы Африкандского месторождения площадью 1,6 кв. км определены в объемах 626,196 млн тонн комплексной руды, 52,179 млн тонн диоксида титана, 863 тыс. тонн редкоземельных металлов и 303 тыс. тонн оксидов тантала и ниобия.

По данным Горного института КНЦ РАН, условия залегания руд на Африкандском месторождении благоприятствуют организации открытой добычи.
Месторождение расположено к юго-востоку от озера Имандра вблизи железнодорожной станции Африканда. Месторождение связано железнодорожным сообщением с Мурманским и Кандалакшским морскими портами.

Источник

На Ямале люди стараются жить в ладу с природой, как жили их предки. В Заполярье пасется крупнейшее в мире стадо оленей — 700 тыс. голов, вместе с ним кочуют ненцы — представители коренной народности Крайнего Севера. Цивилизация здесь пока еще не победила.

Ходьба без правил

«И слава Богу!» – с чувством говорит ямальский эколог Сергей Худи, имея в виду вовсе не телевизоры и биотуалеты, которыми правительство региона время от времени намеревается одарить кочевников, а всемогущий «Газпром», чересчур агрессивно подгребающий тундру под себя. Компания на Ямале вот уже несколько десятилетий – основная часть российского газа добывается здесь. Так распорядилась природа, соединив на одной территории неисчерпаемые запасы топлива и уникальную хозяйственную отрасль – оленеводство.

Строительство все новых и новых объектов нефтегазового комплекса оборачивается острой нехваткой пастбищ. Они сократились уже практически на треть от былых 700 миллионов гектаров. Стада вынуждены уходить все дальше в зону арктических пустынь.

— Столкновение с техногенной цивилизацией становится для этноса не просто испытанием, а самой серьезной угрозой для выживания, — рисует апокалиптическую картину эколог Худи. — Пугливым оленям не забодать железного соперника, они вынуждены отступать, по пути теряя поголовье. А когда исчезает оленеводческая отрасль, то вслед за ней исчезают целые народы.

Ужас будущего ненцы отгоняют молитвами, чиновники – обещаниями сохранить разумный баланс между «хозяйствующими субъектами». Погасить страсти помогает мудрая ненецкая философия, суть которой проста, как правда: «Газ приходит и уходит, а олень остается навсегда». Здешние олени, похоже, в курсе своей исторической миссии, поэтому по-хозяйски лезут на старые места, не обращая внимания на газопроводы и буровые. Некоторые особи даже оценили преимущества пришедшей в тундру цивилизации – каслают (передвигаются – ред.) по шоссейке от пастбища к пастбищу со скоростью 100 км в час и при этом напрочь игнорируют правила дорожного движения.

— Для всех скорость не больше шестидесяти, — не без обиды рассказывал один газпромовский деятель. — А эти прут напролом, и ничего не сделаешь. Тащусь за ними, как пастух, на джипе.

От полярной звезды слева

Ненцев на Ямале немного – 7% от 500-тысячного населения. Уму непостижимо, как их вообще посчитали – большинство не имеют жилья в поселках, годами не выходят из тундры и прописка у них чаще всего там же. Представляете адрес: «Тундра, первый чум от Полярной звезды слева».

Именно такой ориентир дал московским журналистам бригадир Сергей Сэротетто, зазывая в гости. Еще и пошутил: «если заблудитесь,  спросите у кого-нибудь – меня в тундре все знают»

Бригада Сэротетто каслает в самой северной части Ямальского полуострова. Три тысячи оленей, восемь чумов, одиннадцать пастухов и восемь чумработниц (эти должности занимают жены оленеводов). В отличие от обыкновенных домохозяек, им идет стаж и начисляется пенсия, что справедливо — все тяготы кочевой жизни они делят наравне с мужчинами.

Добраться до бригады непросто: четыре часа на машине от Салехарда до райцентра Яр-Сале, потом еще два — на газпромовском вертолете до стойбища. Все это при температуре минус сорок… Еще хорошо, что не разминулись! На месте олени вообще-то не стоят: вытоптали за сутки четыре гектара — пошли за пропитанием дальше. «По норме» для выпаса одного оленя используется пастбище площадью от 80 до 200 гектаров. Стада обычно большие, поэтому протяженность «жизненной арены» оленевода исчисляется в сотнях тысяч километров. Такие кочевники как Сэротетто за год проходят две тысячи километров.

Гранит науки

К приезду гостей забили оленя. Такая традиция: преподнести прибывшим свежевырезанную почку с кровью. Отважился принять угощение только пилот Николай – у него дедушка был оленеводом, детство прошло на стойбище. Остальным досталось сваренное в котле оленье мясо. Руководила котлом жена Сергея Галя, без всякой пробы, на глазок, определяя готовность. Куски получились недоваренными.

– Сырое есть полезнее, — сказала она. – От цынги помогает, а после долгой варки никакой пользы.

У самой Галины все зубы на месте, что косвенно подтверждало ее жизненные выводы. Но некоторые члены бригады явно злоупотребляли кулинарией.

– В городе учились, — утонила Галя. — У всех, кто после института, плохие зубы.

 Похоже, гранит науки оленеводам не на пользу.

– Как же без учебы? – не поняла шутку Галина. – В тундре нужны ветврачи, зоотехники. Один мальчик на рентгенолога учится. УЗИ будет делать оленям, как в Финляндии. Уже и аппарат в чемоданчике купили.

Это какой-то сюр! Сидим на краю земли, в чуме с печкой-буржуйкой, на шкурах, поджав ноги, потому что другой мебели здесь нет, едим, как первобытные, руками, а тут – УЗИ! Оленям! Буднично так…

Сергей, в своем углу живописавший приезжим, как правильно бросать аркан с плеча, доволен, что и его благоверная не подкачала, удивила гостей. Галина от смущения зарывается лицом в подушку: тише надо было говорить, все-таки не она здесь главная, а муж,. Ему решать, что про ненцев рассказывать, а что нет.

Сэротетто – знатный оленевод, с заслугами перед Родиной: лауреат Государственной премии, заслуженный работник сельского хозяйства, орденоносец и т.д. В такт каждой заслуге его жена Галя загибает пальцы, чтобы муж чего-нибудь не упустил. И правильно, а то однажды не сказал сразу, кто он такой — приезжий чиновник полчаса тыкал в карту, показывая дремучему аборигену город Москву.

– Да он там сто раз был, — говорит Галя. – Совещание в министерстве – сразу зовут,  «Единая Россия» приглашает по росту рядов. У нас уже и расти некуда, все сознательные там.

– Не все! – поправляет жену Сергей под дружный хохот бригады.– У нас еще олени без партбилетов.

Женские радости

– Ну ее, эту политику, — пугается Галя, — давай лучше чаю попьем.

Пошарив где-то за спиной, достает пачку печенья «Урожайное» с давно истекшим сроком годности. Удивляется: «А что ему сделается? Вечная мерзлота, здесь даже мясо можно хранить десять лет». Печенье привез Сергей из командировки года два назад, берегла для какого-нибудь «важного случая». Кулек конфет, презентованный нами, отправляется туда же – в шкуры за спину, еще для какого-нибудь случая. Для какого, например? — «Человек родится или отел хороший – раздам по конфетке».

На женские посиделки времени нет. На каждой хозяйство: варить, стирать, шить, печь топить, чум ставить. С чумом возятся не реже трех раз в неделю, особенно если пастбище плохое и надо спешить за оленями с места на место. В Гале весу не больше пятидесяти килограммов, рост — крошечный. Как она в одиночку громоздит на жерди тяжелые оленьи шкуры? Да ведь и не одну- две, а штук шестьдесят, чтобы чум был уютный и не продуваемый. Пожимает плечами: «Такой образ жизни, привыкла».

Чум у ненцев ставит только женщина. Никаких исключений – будь ты хоть больная или беременная. Однажды, на восьмом месяце, Галя неловко повернулась под грузом и родила мальчика прямо посреди тундры.

– Ничуть не испугалась, – уверяет она. – Быстро обложила ребенка сухим ягелем, обмотала в теплое и, уже пустая, стала заканчивать чум. Муж стадо пригнал, а у нас и печка горячая, и сынок спит.

Сынку, кстати, уже тридцать. Умный получился и сильный, говорит Галя, наверное, будет ясавеем, как отец. Должность Сергея Сэротетто только по- русски называется «бригадир» и лишь отдаленно передает смысл и предназначение его деятельности. По-ненецки он – ясавей – самый знающий, вожатый, идущий впереди. Выбрать или назначить кого-то ясавеем нельзя, не получится. А как? Ненцы говорят, что чувствуют человека, которому благоволят боги, и все происходит само собой.

Похоже, небесный знак был и при рождении галиного первенца. Со счастливой улыбкой она вспоминает, что тогда Сергей поцеловал ее первый раз в жизни. Такого не было, даже когда поженились. Ненцы очень сдержанны в чувствах, на людях стараются вообще их не показывать. Если в тундре заискрила любовь и рождается новая семья, миру об этом объявляют самым простым способом: девушка начинает ладить новый чум, а парень ставит нарты поближе к этому месту.

Бывает и по другому. Лиде, распивающей с нами чай, нашел жениха отец. Девушка суженого знать не знала, он каслал в другой бригаде, за тысячу километров отсюда. Но любовь получилась, потому что отец не мог ошибиться, выбирая для дочери судьбу.

– Пока еще у ненцев принято слушать старших, — просто говорит Лидия. — Это важно: как ветка питается от корня, так и детям передается родительская мудрость.

Лида, между прочим, закончила институт, имеет диплом ветеринара. С образованием бы и в городе не пропала, но тоска по тундре была такой сильной, что девушка едва не зачахла, пришлось отцу поторопиться с выбором жениха.

Сейчас у них уже двое детей – пяти и шести лет. Еле-еле вытолкали в поселок, чтобы родила там, под присмотром аккушерки. С первым Лида сбежала в тундру через неделю, второго родила в вертолете, едва приземлились. Еще и требовала, чтобы летели обратно.

– Такая сила сюда тянет, что пешком уйдешь… — с пониманием поддакивает Галина. – В поселке у нас есть квартира, но я уже лет пять там не была и не тянет. Что там хорошего? Душа скована. Есть не могу, спать не могу. Шкур настелешь, а все равно не чум.

– Но там, — говорю, — хотя бы ванна, туалет теплый, а здесь-то куда ходите?

– Под ветер, — смущаются женщины. – Если мужчины на улице, то и терпишь до темноты.

Помыться, похоже, тоже есть где – в чуме умывальник, привязанный к палке, под ним таз, на печке чайник с горячей водой. Приспособились. Детей купают редко, у грудничков никаких памперсов или подгузников – лежат в растертом в порошок ягеле – сухо, тепло и никакого запаха. Это же средство гигиены используется женщинами и в критические дни.

Галя Сэротетто, например, за всю жизнь ни разу не пользовалась косметикой, а на лице – ни одной морщинки. Умывается оленьим молоком, руки смазывает оленьим жиром – что еще надо, чтобы выглядеть на все сто? Молодежь, по ее наблюдениям, уже вольничает и многим это не на пользу: от косметики кожа становится как наждачка, накрашенные ресницы слипаются, можно повредить глаза.

Ну какие-то женские радости должны быть в тундре, а то уж такая благостная картина, что скулы сводит.

– Есть радость, — вспоминает Галя. — Халат байковый, новый – Сергей купил. Еще платок был нарядный с кистями, его олешка сжевал.

Ну что ты будешь делать с этими чумработницми! Разводят руками: такой образ жизни.

Безотходная технология

Но вообще-то в тундре с большей охотой говорят не о себе, а об олене.

– Олень для нас священное животное, — распинался Сергей. — Это наша еда, одежда, транспорт, жилье, наша сберкнижка и пенсия в старости.

В стаде у Сэротетто тысяча собственных оленей, 1200 — колхозных, штук по 200 имеет и каждый член бригады. При удачном отеле и хорошей цене на мясо за год можно скопить на снегоход «Буран» или отложить деньги на покупку квартиры в поселке.

Не переводятся советчики, особенно из числа реформаторов оленеводства, которые считают, что забей ненец всех своих оленей на мясо, мог бы жить в Сочи, на проценты, а не в промерзшей насквозь пустыне за весьма скромную колхозную зарплату. А если бы ненцы еще умели считать по-рыночному, и не отдавали бы срезанные панты оленей кому попало за мешок макарон, а сушили их и продавали за границу по 7 долларов за грамм, то к старости можно заиметь и особнячок на Лазурном берегу.

– Если кто пойдет на такую коммерцию, он – не ненец, — сказал как отрезал Сэротетто. — В тундре мера всех вещей — жизнь.

Ну это мы уже поняли. И все же, сколько надо иметь оленей, чтобы если уж не сравняться с газовиками в доходах, то хотя бы обеспечить себе ненецкий стандарт – «еду, одежду, транспорт, жилье, сберкнижку и пенсию в старости».

По подсчетам специалистов — зоотехников и опытных оленеводов — для семьи из 5 человек (двое взрослых, трое детей) необходимо стадо не менее чем из 300 голов взрослых животных. Причем 100 из них должны быть рабочими и использоваться только для организации аргиша (грузоперевозок – прим.ред.) и перекочевок в таком порядке: 60 – для каслания семьи, 20 – для дальних поездок на охоту, рыбалку, в поселок, еще 20 – постоянно обучаемых быков на смену старым. В год на такую семью для питания и изготовления одежды необходимо от 50 до 80 оленей. И это без учета шкур животных, необходимых для ремонта и обновления чумов. На чум-«новострой» в 15 кв. метров уходит от 80 до100 шкур. Даже обидно: такая маленькая жилплощадь, а столько оленей полегло!

– Не полегло! — возражает Галина. – С оленя все, до последней жилочки, идет в дело и приносит пользу. Мясо едим и сдаем – это раз, мужчинам шьем малицы, женщинам – ягушки. Это два. Лапы идут на обувь – на кисы и бурки, высушенные жилы – на нитки. Косточки – собакам, обломки рогов – играть детишкам. Отходов – никаких. Есть еще где-нибудь такое производство?

Такого – точно нет. Жаль, что олени водятся только в тундре. Другим регионам России они бы тоже не помешали.

Источник

 В Якутии границы арктической зоны слишком узкие, а программа развития Арктики практически не работает. Такое мнение высказала доктор социологических наук, кандидат психологических наук, профессор Арктического государственного института искусств и культуры Ульяна Винокурова, сообщили корреспонденту ИА REGNUM в пресс-службе Северо-Восточного федерального университета (СВФУ). По отношении к Арктике существует множество стереотипов и внимание обращается не на главные вопросы, считает эксперт.

«Вокруг постоянно говорят о сложностях адаптации к условиям Крайнего Севера, то есть, всех интересуют только те, кто прибывает в Арктику. А как же те, кто там живет?, — отмечает Ульяна Винокурова. — Складывается ощущение, что если и возникает интерес к арктическим районам извне, то только из желания заполучить полезные ископаемые оттуда с наименьшими затратами. Населению, проживающему там, это совершенно неинтересно, им даже лучше, если на их территории не найдут ничего ценного. Поэтому есть два подхода к изучению Арктики: внутренняя (с целью там жить) и внешняя — желание обладать богатствами Севера». Эксперт полагает, что более логично было бы, говоря о проблемах развития Арктических территорий, иметь в виду людей, которые там живут.

По мнению Ульяны Винокуровой, прежде чем обсуждать и исследовать Арктику, необходимо, прежде всего, хотя бы понять, где она находится. Самым болезненным вопросом она называет границу Арктики: в Якутии логично было бы отнести к арктическим 13 районов, но входят в этот список только 5. «Это ведь неправильно, официальная версия слишком урезана. Красноярский край, например, полностью входит в арктическую зону. Есть ощущение, что нас где-то надули. Республика хочет внести изменения в эту картину, но у нас пока не получается», — пояснила также профессор Арктического государственного института искусств и культуры.

Того, что делается в Якутии в рамках развития Арктики, тоже недостаточно, считает эксперт: «Это полнейший обман. Какие-то объекты были возведены только в Нерюнгри и в Жиганске, но в других районах ничего нет».

Как сообщало ИА REGNUM, расширение границ арктической зоны Якутии инициирует Госсобрание республики. На обсуждении проекта федерального закона «О развитии Арктической зоны Российской Федерации» спикер регионального парламента Александр Жирков предложил включить в него исчерпывающий перечень территорий, составляющих Арктическую зону, с учетом общности инфраструктуры, направлений хозяйственной деятельности.

Источник

Избирательная компания затмила все другие события в политической жизни США. Однако новая политика Америки в Арктике стоит особняком и требует отдельного разговора несмотря на то, что ее детали известны только очень узкому кругу лиц и недоступны для общественности. Принимать по ней главные окончательные решения в 2017 году предстоит уже новой администрации, все же она является детищем правительства Барака Обамы.

Состоит новая политика США в Арктике из трех основных и в целом вполне предсказуемых задач, пишет сайт globalriskinsights.com. Во-первых, это соответствующая защита и охрана окружающей среды региона. Во-вторых, США попытаются дать толчок развитию экономики Аляски с учетом благоприятных возможностей для добычи углеводородов. И в-третьих, Вашингтон намерен усилить военное присутствие в Арктике.

Политическое разделение между деятельностью энергетиков и защитников окружающей среды, конечно, не ново. Самый северный регион планеты уже давно является полем сражения этих двух противоборствующих сил. Недавний опрос об отношении американцев к энергетике и защите окружающей среды показал, что 55% респондентов возражают против расширения добычи ископаемого топлива на федеральных землях, включая Аляску. 59% опрошенных выступают за полный запрет президентом бурения как в Северном Ледовитом, так и в Атлантическом океанах. Конечно, на это Обама, которому осталось руководить страной чуть больше двух месяцев, не пойдет. Однако разведку и добычу нефти и газа на 60% территории Аляски, принадлежащих федеральному правительству, он уже запретил. Причем, запретил бессрочно.

Позиции Вашингтона и Джуно, столицы Аляски, в этом вопросе не совпадают. В самом штате поддержка дальнейшего развития добычи углеводородов велика. Особенно у нефтяных концернов, связанных с коренным населением региона. Например, компания Arctic Iñupiat Offshore недавно вступила в Arctic Coalition, солидную группу компаний, которые хотят продолжить добычу углеводородов на крайнем Севере.

Сильная заинтересованность аляскинцев в углеводородах имеет простое объяснение. «Нефтянка» и газовая отрасль дают региону рабочие места и развитую инфраструктуру. Довольны и местные власти, которые получают от добычи нефти и газа высокие налоги.

Губернатор Аляски Билл Уокер недавно отправил в Вашингтон, в Министерство природных ресурсов США, официальное предложение оставить море Бофорта и Чукотское море в федеральной программе продажи лицензий Outer Continental Shelf (OCS) на 2017-22 годы. В случае одобрения предложения в Вашингтоне добыча углеводородов на аляскинских месторождениях нефти и газа будет беспрепятственно продолжаться как минимум до 2022 года. Причем, стоимость таких лицензий будет расти вместе с ростом цен на полезные ископаемые и сырье.

Вице-председатель Комитета по Арктике при президентской администрации Эми Поуп недавно заявила, что в Арктике все спокойно и что в регионе нет конфликтов. Конфликтов действительно нет, но это, конечно, не значит, что США не намерены поддерживать свою безопасность на крайнем Севере планеты на высоком уровне, пишет globalriskinsights.com. Фундамент для дальнейших действий в этом направлении тоже заложила нынешняя администрация. Первый шаг – строительство ледоколов, без которых в Арктике никуда в буквальном смысле этого слова. Ледоколы находятся в ведении Береговой охраны, хотя существует мнение, что их следует передать военным. С кораблями, способными пробиваться через толстый лед, у Вашингтона самая настоящая беда. На ходу только… один ледокол. Причем, и у него в 2019 году истекает срок эксплуатации и он должен быть заменен на новый. У России же ледокольный флот, по данным globalriskinsights.com, состоит из 41 корабля. Комментарии, как говорится, излишни.

Несмотря на крайнюю нужду в ледоколах, которых Береговой охране по самым скромным подсчетам для защиты интересов США в Арктике необходимо не меньше шести, пока одобрено финансирование лишь одного. Строительство, на которое уйдет до десяти лет, еще даже не начато. Конечно, есть выход – брать ледоколы в аренду за границей. Например, у Финляндии. Он пока в Вашингтоне всерьез не обсуждается, но очевидно, что время, когда необходимо будет решать проблему, стремительно приближается.

Геостратегическую важность Арктики переоценить трудно. Самое главное, что в силу специфической формы планеты с ее северной «макушки» на все континенты рукой подать.

Конечно, понимают важность Аляски и в Вашингтоне. Недавно, к примеру, было принято решение разместить две эскадрильи новых истребителей F-35 на военно-воздушной базе Эйлсон в Аляске в 2020 году, сразу после того, как они поступят на вооружение ВВС США.

Администрацию Обамы будут вспоминать недобрым словом за то, что она явно упустила из внимания Арктику и допустила такое отставание от России. Отчасти Барак Обама реабилитировался, создав новую политику в Арктике. В Вашингтоне надеются, что экономическая и финансовая мощь Америки позволит ей ликвидировать отставание. Впрочем, решать эту важную и трудную проблему придется уже не Обаме, а новому президенту — Дональду Трампу.

Источник

Территориальные и природно-климатические особенности Якутии должны учитываться при формировании планов стратегического развития. Необходимо внедрить «индекс холода», считает эксперт, социолог, руководитель республиканского научно-исследовательского центра циркумполярной цивилизации Ульяна Винокурова.

«Миссия Стратегии-2030, на мой взгляд, должна основываться на наших особенностях. Это обширная территория, малая населенность, слабая инфраструктура и двойной холод. Именно на последнем аспекте я хочу сделать акцент. Под двойным холодом я имею в виду Полюс холода и вечную мерзлоту — криолитозону. Соответственно, необходимо обеспечить условия для развития человеческого потенциала, принимая во внимание эти факторы. Плюс к этому следует учитывать и изменения климата, что оказывает особенное влияние на северную экосистему», — отметила Ульяна Винокурова.

При разработке стратегических планов Винокурова предлагает применять мировой опыт. В частности, речь идет о так называемом «индексе холода».

По ее словам, этот индекс мог бы войти и в Стратегию развития России, поскольку 65% территории страны приходится на криолитозону.

«До сих пор этот индекс не использован, но в условия глобального изменения климата он необходим, чтобы отстаивать прежде всего наши социальные индикаторы и позиции перед федеральным центром», — считает эксперт.

«Индекс холода», подчеркивает собеседник агентства, уже выработан. Например, американские ученые вычислили стоимость холода на душу населения. Он мог бы использоваться при расчете нормативов, стандартов проживания в условиях Крайнего Севера.

Главной задачей Стратегии-2030 Винокурова видит в выравнивании стоимости и качества жизни на всей территории Якутии.

«Каждый улус должен найти в Стратегии своё место, поэтому необходимо строить работу по принципу районирования в соответствии с новыми приоритетами. Тогда многие наши улусы будут точно знать, что их ждет и какие кластерные подходы могут быть для них эффективны», — утверждает она.

«Я хочу, чтобы в документе были не прожекты, а обоснованные и просчитанные индикаторы качества жизни всего населения на основе социальной справедливости», — подчеркнула Винокурова.

Напомним, общественное обсуждение проекта Стратегии-2030 будет проходить в течение ноября на 16 площадках в Якутске и районах республики.

Источник

Современные технологии доступны практически в любой стране мира, в то время как в регионах Арктики и Антарктики они все еще в дефиците. Известно, что полярные дроны активно задействованы в исследовательских целях. Ученым потребуется время, чтобы усовершенствовать беспилотники для замены врачей, почтальонов, служб экстренной помощи в Арктике. В Антарктике исследователи уже сейчас могут использовать локальные сети Интернета вещей для построения маршрута. В скором времени широкополосным спутниковым интернетом будет охвачен весь мир, что также решит вопросы цифрового неравенства в северных технологиях.

Беспилотники решат многие проблемы

Российские беспилотные летательные аппараты используются в Арктике с 2008 года. Именно в это время для мониторинга ледовой обстановки и обеспечения безопасности личного состава российских научно-исследовательских дрейфующих станций (НИС) «Северный Полюс» были приобретены БПЛА «Элерон – T23 Арктика». Как сообщили корреспонденту iot.ru в пресс-службе «Росгидромета», комплексы используются Высокоширотной арктической экспедицией «Арктического и антарктического научно-исследовательского института». 

«С 2011 года в экспедициях применяется БПЛА «Элерон Т-10» с расширенным комплексом задач и дополнительным датчиком CNR2. Конструктивно интегрированный балансомер CNR2 (KIPP&ZONEN, Голландия), позволяющий измерять четыре компоненты составляющих радиационного баланса. С 2012 года используется комплекс «Орлан-10», цель которого — получение комплексной информации, как ледовой обстановки, так и земной поверхности в районе НИС «Ледовая база «Мыс Баранова» на значительном удалении (40-50 км)», — сообщили iot.ru в пресс-службе «Росгидромета». 

Так как исследователей особо интересуют такие объекты, как гряды торосов, трещины на припае, граница припая, ледники, стамухи, айсберги и их обломки, то совершенствуются методики применения дронов, а также сами дроны. Благодаря беспилотникам, ученые составляют маршруты к интересующим объектам. 

С 2013 года исследовательская группа, в которую вошли ученые из СПБГУ и ААНИИ, разрабатывает системы экологического и структурного анализа аэрофотоснимков. Ученые объединились, чтобы создать систему, способную определить виды и состояние подстилающей поверхности, включая лед, состояния почв и антропогенные нарушения, тундровые биоценозы, ареалв различных видов тундровой растительности. 

«БПЛА передают собранные данные на базовую станцию управления полетом. Это касается и метеоинформации, получаемой беспилотником в процессе полетов. Полученные материалы используются для исследовательских и прикладных работ», — пояснили корреспонденту iot.ru в ведомстве. 

В последнее время к использованию дронов в арктической зоне присматриваются в Дании. Здесь беспилотники некоторое время назад задействовали для слежения за таянием ледников. Дроны малого размера в этой стране планируют применять во многих сферах деятельности, и не только для наблюдения за климатом и фотографирования, сообщала в августе 2016 года датская газета Politiken. 

В докладе Государственного института космических исследований и технологий Дании были перечислены новые возможности беспилотников. Например, дрон может взять анализ крови у жителя деревни на востоке Гренландии и доставить его в медицинский центр на западной части острова. Это намного дешевле, чем традиционные перелеты медицинского персонала на вертолете. Беспилотники смогут производить поиск пропавших людей, если погодные условия не позволяют к месту предполагаемого ЧП отправить вертолет. Дроны способны заменить службы по доставке полезных грузов: лекарства первой необходимости, почтовые отправления и т.д. Для этого необходимо усовершенствовать конструкцию устройств, сделать их эксплуатацию возможной при неблагоприятных погодных условиях, таких, как сильный ветер или туман. 

Подводные аналоги беспилотников также получат широкое применение. Уже сейчас дрон-поплавок Argo изучает, насколько подтаял тот или иной ледник. Для этого беспилотник опускается на глубину до 2 км, проводит обследование, всплывает, чтобы передать данные, и снова погружается под воду. 

Накануне стало известно о том, что беспилотник Flexrotor помог заменить дорогостоящую авиацию и ледоколы для проводки морских судов в Арктике. Дрон отслеживал ситуацию с ледовой обстановкой в окрестностях судна и помогал в построении пути. Для этого использовались самые широкие протоки, зафиксированные оптикой дрона.

Полярникам в Антарктиде помогает IoT-сеть

В январе 2016 года французская компания Sigfox, развивающая сеть Интернета вещей с низким энергопотреблением (LPWAN), сообщила о развертывании инфраструктуры в Антарктиде. Сеть оператора предназначается для Бельгийской исследовательской группы, изучающей процессы изменения климата.

Исследователи, базирующиеся на антарктической исследовательской станции имени принцессы Елизаветы (это первая в мире исследовательская станция с «нулевым выбросом» тепла в атмосферу), получили 45 трекеров с поддержкой GPS и с длительным автономным сроком работы аккумуляторов.

Устройства функционируют в сети Sigfox. Они помогут в определении координат местонахождения, отправляя их на специальные антенны. Цель Sigfox: помочь ученым оставаться на связи с коллегами в условиях низких температур и сильных ветров.

Беспроводной широкополосный интернет свяжет два полюса 

В июле 2016 года на саммите Top Of The World, который организовал Арктический экономический совет, обсуждались вопросы острой необходимости в широкополосном Интернете в приполярных арктических регионах, а также в стратегии реализации многочисленных возможностей, которые принесут за собой новые технологии. 

Участники дискуссий затронули вопросы новой спутниковой технологии, способной дополнить широкополосную подводную кабельную линию, а также обсудили роль правительства в обеспечении телекоммуникационной связи в Арктике. 

«Широкополосный доступ в интернет – это инструмент для создания новых возможностей на севере — образовательных, медицинских и экономических. Повышение пропускной способности коммуникационных сетей — чрезвычайно распространённая проблема во многих регионах Арктики, и я очень рада, что отраслевые лидеры стремятся помочь нам в поиске путей для её решения», — отмечала Тара Суини (Tara Sweeney), председатель Арктического экономического совета и исполнительный вице-президент по вопросам внешних связей ASRC.

В работе саммита приняли участие представители Iridium и проекта OneWeb.

Например, Брайан Хартин, вице-президент компании Iridium, рассказал о запуске спутниковой группировки Iridium NEXT, который должен завершиться в 2017 году. 

«Группировка NEXT сможет поддерживать все существующие продукты и услуги, предлагаемые нами сегодня, и сможет предложить новые продукты и услуги на более высоких скоростях, вплоть до 1,4 Мб/с. NEXT обеспечит больше возможностей для оказания поддержки абонентам, которые работают на более высоких скоростях», — рассказал он.

Грег Уайлер, основатель проекта OneWeb, сообщил о развертывании системы почти из 700 спутников связи, которая к 2019 году сумеет обеспечить широкополосным доступом к интернету пользователей по всему миру. Спутники будут располагаться на высоте 1,2 тыс. км от Земли. Основные инвесторы проекта — Qualcomm и Virgin Group.

«Для Арктики это означает три вещи. Во-первых, наши услуги будут предоставляться здесь в первую очередь, так как система начнет покрытие с полюсов. Во-вторых, пропускная способность в этом регионе, из-за низкой плотности населения, будет достаточно высокой, чтобы охватить все дома и предприятия. В-третьих, угол обзора по направлению к спутникам будет почти вертикальный, а поскольку OneWeb-терминалы будут самонаводящиеся, то они смогут работать из любой точки, даже в гористой местности», — рассказал Грег Уайлер.

Он отметил, что в первую очередь проект рассчитывает соединить все школы в мире, включая школы в Арктике, в том числе и для российского его сегмента. Кроме того, OneWeb сможет обеспечить услугами связи морские судна, исследовательские станции, в том числе – дрейфующие, вышки сотовой связи в отдаленных частях света. Сигналы со спутника будут отправляться на небольшое абонентское устройство, а затем – на конечное оборудование пользователя через Wi-Fi или LTE.

Источник