Гибридные угрозы возникли в Арктике

Сегодня арктическая тема становится все более популярной и логично вписывается в рамки государственного курса на восстановление геополитических позиций России по всем азимутам. Приоритетное внимание, которое с начала XXI века уделяется освоению арктических территорий, определяется долговременными стратегическими интересами государства. Разработаны «Основы нциональной политики в Арктике до 2020 года», предусматривающие превращение Арктической зоны в ведущую стратегическую ресурсную базу России. В результате уже сейчас Арктика обеспечивает около 11% национального дохода страны, здесь создается 22% объема общероссийского экспорта, добывается и производится более 90% никеля и кобальта, 60% меди, 96% платиноидов…

В российской части Арктики сосредоточено около четверти мировых ресурсов углеводородов. На шельфах Баренцева и Карского морей выявлены уникальные газовые месторождения. Рыбохозяйственный комплекс производит около 15% объемов водных биологических ресурсов страны. Ключевая роль в развитии единой трансконтинентальной транспортной системы принадлежит Северному морскому пути, который служит кратчайшей трассой между европейскими и дальневосточными морскими, а также речными портами Сибири.

«Спокойный» регион

Особое геополитическое положение и богатство ее сырьевых месторождений превратили Арктику в одну из главных точек притяжения не только для арктических государств, но и для весьма отдаленных стран Северного полушария. 

Статус наблюдателя Арктического совета получили Китай, Япония, Южная Корея, Индия и Сингапур, Нидерланды, Испания, Великобритания, Германия, Франция, Польша, Италия. Стремясь утвердить свою институциональную причастность к арктическим делам, на статус постоянного наблюдателя в Арктическом совете претендует и ЕС.

Государства и их коалиции, претендующие на участие в принятии решений по проблемам Арктики, не ставя де-юре под сомнение юрисдикцию прибрежных арктических стран, де-факто пытаются найти пути изменения существующего положения. Стремление многих государств продемонстрировать свое право на самостоятельное изучение Арктики, освоение арктического поля позволяет прогнозировать усиление противостояния, прежде всего между основными мировыми геополитическими игроками: Россией, США, Китаем, государствами Арктического региона и их коалициями. Противостояние может осуществляться как в рамках дипломатических переговоров, так и с использованием широкой гаммы технологий современных конфликтов.

Пока Арктика считается относительно спокойным регионом. Благодаря профессионализму российских дипломатов в рамках Арктического совета подписаны и реализуются многие важные для России соглашения: о сотрудничестве в авиационном и морском поиске и спасении в Арктике, о сотрудничестве в области готовности и реагирования на загрязнение нефтью моря в Арктике. Всего в рамках Арктического совета Россия принимает участие в 80 проектах. Комиссия ООН признала недавно правомерность нашей заявки на континентальный шельф Охотского моря. Теперь оно фактически стало российским внутренним морем.

Довольно умиротворяюще звучат мнения ряда экспертов, утверждающих, что единственным существенным открытым вопросом по Арктике остается определение внешних границ и разграничение континентального шельфа ряда прибрежных государств за пределами 200-мильных зон. При этом считается, что данный вопрос не будет порождать споры и конфликты относительно доступа к природным богатствам Арктики, большая часть которых находится в пределах никем не оспариваемых исключительных экономических зон прибрежных государств. Вместе с тем мир уже не раз сталкивался с тем, что позиция Запада резко изменялась, и это приводило к радикальной трансформации ситуаций, к циничному отрицанию суверенных прав отдельных государств вплоть до использования против них военной силы. Свои национальные интересы Запад отстаивает решительно и жестко, не обращая внимания на нормы международного права, когда те противоречат его интересам. Пока же обстановка в Арктике в отличие от проблемных районов относительно спокойная.

Однако меняется мир, меняются и стратегии, позволяющие навязывать свою волю противнику не только военно-силовыми методами. В условиях глобализации и информационной революции катализатором резких и непрогнозируемых изменений в Арктическом регионе могут послужить события, связанные с ведущейся против России гибридной войной.

Непредсказуемая обстановка

С учетом изменчивости и непредсказуемости международной обстановки нельзя упускать из виду возможности реализации стратегии непрямых действий в ходе гибридной войны, которая разворачивается против России на арктических просторах.

В современных конфликтах все большее использование приобретают технологии, позволяющие исподволь готовить условия для лавиноообразного развития обстановки. Расчет делается на то, что все должно «пойти само», без заметного участия главного инициатора конфликта. По словам одного из авторов англосаксонской стратегии непрямых действий британского военного теоретика Б.Л. Гарта, «можно устраивать разные относительно мелкие гадости, все время напоминающие о противнике, но его самого не будет видно».

Стратегия непрямых действий в Арктике представляет собой лишь звено в глобальной стратегии США, цель которой – установление мирового господства и достижение гарантированного доступа ко всем жизненно важным районам.

Применительно к Арктическому региону в течение многих лет США и некоторые другие страны НАТО координируют свои политические, военные, экономические, информационные усилия в рамках решения единой задачи – расширить экономическое присутствие в районах Севера, добиться интернационализации Северного морского пути (СМП) и в конечном итоге попытаться максимально снизить роль России в регионе. При этом заметим, что вопрос о контроле над СМП для России имеет критическое значение, поскольку это пока единственный транспортный путь, способный интегрировать отдаленные районы Крайнего Севера страны и их ресурсный потенциал в национальную экономику. Поэтому Россия не может позволить поставить под международный контроль экономические связи между отдельными регионами страны, осуществляемые по СМП.

Лидирующая роль в противодействии законным интересам России в Арктике принадлежит США. В докладе начальника штаба ВМС США адмирала Д. Гринерта «Дорожная карта» для Арктики 2014–2030» определены конкретные цели и задачи для различных служб и ведомств ВМС США и их союзников. В Арктике уже создается и развивается военная инфраструктура США и Канады. В частности, в США принято решение о строительстве двух новых передовых баз береговой охраны на Аляске в Барроу и в Номе. Рассматриваются возможности обеспечения постоянного присутствия в Арктике авианосной группы и выделения дополнительных патрульных кораблей. Наращиваются усилия по противолодочной обороне и обеспечению глубоких десантных операций. В последние годы возросла масштабность и интенсивность мероприятий оперативной и боевой подготовки ОВС НАТО в Арктике. Ежегодно в Арктику выполняется 3–4 похода многоцелевых атомных подводных лодок, еженедельно совершается не менее трех вылетов самолетов базовой патрульной авиации.

В арктическом секторе и на приграничной территории РФ активизировалась деятельность спецслужб США и их союзников по НАТО. Кроме военных сил и средств к ведению разведки привлекаются научно-исследовательские суда Норвегии, используются различные неправительственные организации, в особенности экологические, как это было, например, в 2013 году в ходе акции «Гринписа» на платформе «Приразломная». Присутствие иностранных исследователей отмечается в районах архипелага Новая Земля и в горле Белого моря – там, где Россия проводит испытания своих атомных подводных лодок. В Норвегии говорят о планах изменения демилитаризованного статуса Шпицбергена, завершается разработка концепции применения национальных вооруженных сил в Арктическом регионе.

Позиция НАТО по вопросам военного присутствия в Арктике пока не определена. В связи с этим вопрос о политике альянса в Арктике не нашел отражения ни в принятой в 2010 году стратегической концепции альянса, ни в решениях последующих саммитов блока. Недостаточная вовлеченность НАТО в решение проблем Арктики связана с разными подходами и неодинаковой заинтересованностью союзников. Но сторонники более заметного присутствия НАТО в северных широтах не оставляют попыток изменить ситуацию, апеллируя к тому факту, что пять государств – членов НАТО (США, Канада, Норвегия, Дания и Исландия) и два важных партнера (Швеция и Финляндия) являются арктическими странами. Таким образом, предлагается расширить число государств – членов НАТО, участвующих в арктическом противостоянии с Россией.

Наряду с военной деятельностью в северных широтах Вашингтон наращивает усилия в информационной сфере, использует средства традиционной и публичной дипломатии для консолидации союзников и подрыва позиций России. Питательной средой для реализации подготовительного этапа стратегии непрямых действий в Арктике является комплекс гибридных угроз, которые могут послужить катализатором для наращивания противостояния между Россией и другими претендентами на богатства региона.

Основные гибридные угрозы для Российской Федерации в Арктической зоне обусловлены совокупностью следующих военных, политических, экономических, информационных факторов: активизация военной деятельности приарктических государств и их союзников, рост ее масштабов в Арктике и прилегающих акваториях; реализация идей об общем и равном доступе к использованию Северного морского пути и ресурсам Арктики для всех субъектов мирового сообщества; осуществление приарктическими государствами и их союзниками мероприятий информационного характера по дискредитации Российской Федерации; действия Норвегии по силовому вытеснению Российской Федерации из традиционных районов промысла в Баренцевом и Норвежском морях; стремление США и их союзников установить контроль над объектами ядерного комплекса Российской Федерации в Арктике; стремление руководства стран Азиатско-Тихоокеанского региона получить для своих военно-морских сил пункты базирования в Арктической зоне и т.д.

С учетом тенденции на расширение количества участников, претендующих на свою долю в Арктике, можно прогнозировать формирование ситуативных коалиций в составе государств, отношения между которыми далеко не всегда являют собой примеры дружбы и взаимопонимания. Но с учетом нерешенности ряда юридических аспектов применительно к проблемам Арктики, вполне реальной представляется возможность координации деятельности отдельных государств с целью ослабить позицию России и добиться выгодного для них решения международных инстанций. Для действий таких соперников России характерно целенаправленное, адаптивное применение как военно-силовых методов, так и согласованных шагов по экономическому ослаблению противника, использованию подрывных информационных технологий. Применение непрямых ассиметричных действий и способов ведения гибридных войн как против целого государства, так и в отношении отдельных его крупных районов позволяет лишить противоборствующую сторону фактического суверенитета без захвата территорий военной силой.

Таким образом, в Арктике против России ведется гибридная война, что требует соответствующих «гибридных» мер противодействия. Часть таких мер предусмотрены в принятом Советом безопасности Российской Федерации в 2008 году документе – «Основы государственной политики РФ в Арктике на период до 2020 г. и дальнейшую перспективу». В «Основах» отражены главные цели и стратегические приоритеты государственной политики РФ в Арктике, основные задачи, меры и механизмы по ее реализации. В числе задач в сфере обеспечения военной безопасности требуется «привести возможности пограничных органов в соответствие с характером угроз и вызовов Российской Федерации в Арктике».

Исходя из духа и буквы «Основ», Россия планирует до 2020 года создать арктическую группировку войск для защиты своих экономических и политических интересов в этом регионе. В документе говорится об усилении пограничных войск ФСБ России и о необходимости создать береговую охрану российских арктических границ.

Пока нет явных признаков, свидетельствующих о наличии консолидированной антироссийской стратегии, направленной на реализацию интересов арктических государств и стран, находящихся далеко от Арктики. Однако для гибридной войны в Арктике как крупнейшем геополитическом регионе важно следующее: ничто не мешает каждому из участников реализовывать свои намерения без непосредственного применения вооруженных сил и даже вообще без объявления войны. При совпадении интересов группы участников может стать целесообразным создание их ситуативной коалиции для «продавливания» нужного решения.

Поэтому России также важно использовать в своих интересах подобные коалиции, используя разногласия между различными субъектами. В этом контексте также важно использовать возможности ШОС, ЕАС, сотрудничество с Японией, Южной Кореей. Следует разработать программу долгосрочного сотрудничества с нейтральными Швецией и Финляндией и включить в нее взаимодействие по Арктике с целью не допустить втягивания этих государств в антироссийские маневры.

Дуги нестабильности

Стратегическая важность Арктического региона обусловливает его охват так называемой «системой дуг нестабильности», которая представляет собой основной инструмент, с помощью которого создаются наиболее важные системные проблемы безопасности Евразии в целом и РФ в частности. По мнению профессора Владимира Колотова, «система дуг нестабильности формирует геополитический «климат», который всемерно способствует проведению управляемой региональной дестабилизации». Эта система охватывает территорию, расположенную между четырьмя океанами: Тихим, Индийским, Атлантическим и Северным Ледовитым. Она состоит из восьми действующих сегментов разной степени «готовности».

Арктический сегмент дуги нестабильности находится в процессе становления. Интересы сторон определены, делаются попытки обеспечить их совместимость на основе международно признанной правовой базы, которая, в свою очередь, отличается высокой степенью неразработанности, что порождает неопределенность в отношении прав участников на использование в своих интересах различных участков арктического поля. В рамках провозглашенной США стратегии геополитического доминирования в арктическом сегменте параллельно с наращиванием сил и созданием военной инфраструктуры развертываются операции по другим направлениям подготовки и ведения гибридной войны.

В рамках гибридной войны, которую Запад ведет против России, арктический театр занимает особое место, определяемое рядом объективных факторов. В их числе: экстремальные природно-климатические условия; большая протяженность береговой линии и очаговый характер размещения сил пограничной охраны; низкая плотность населения; отсутствие единого промышленно-хозяйственного комплекса и удаленность от основных промышленных центров, высокая ресурсоемкость и зависимость хозяйственной деятельности и жизнеобеспечения населения от поставок топлива, продовольствия и товаров первой необходимости из других регионов; низкая устойчивость экологических систем, определяющих биологическое равновесие и климат Земли, и их зависимость даже от незначительных антропогенных воздействий.

Важным фактором субъективного характера является пока еще недостаточно скоординированная система государственного управления в Арктической зоне РФ. Несовершенство мер государственного регулирования в экономической и социальной сферах привело к критическому состоянию базовой транспортной, промышленной, пограничной, информационной, научной и социальной инфраструктур. Нарастают диспропорции регионального развития, наблюдается отток населения из региона.

Опасность осознается властями, и в результате принятых энергичных мер положение исправляется. Однако все еще далеко не в полной мере используется конкурентный потенциал Арктической зоны России.

Нелинейный подход

Стратегия и цели гибридной войны формулируются с учетом уязвимости арктической части России для применения гибридных технологий, направленных на дестабилизацию обстановки в обширных районах.

Во-первых, как уже упоминалось, важнейшей целью является подрыв экономического потенциала государства. Это предопределяет место экономических объектов России в Арктике, коммуникаций и системы управления в качестве первоочередных целей гибридной войны. Создаются силы и средства для воздействия на объекты этой группы, включая силы специальных операций, кибероружие, организуется разведка театра. Следует прогнозировать расширение применения БПЛА для целей разведки.

Во-вторых, протяженность береговой линии и малонаселенность обширных участков суши усложняет задачи охраны границы, предотвращения проникновения диверсионно-разведывательных групп сил специальных операций.

В-третьих, важной особенностью театра является высокая чувствительность окружающей среды в Арктике к экологическим факторам, что позволяет прогнозировать использование сил специальных операций в гибридной войне для нарушения экологического равновесия. Здесь в полной мере можно ожидать использования свойства нелинейности гибридной войны, когда последствия применения непрямых методов, связанных с воздействием на экологию региона, приводят к непропорционально высоким катастрофическим последствиям, способным вызвать лавинообразное изменение военно-стратегической и политической обстановки. Это могут быть, например, диверсионные акты на нефтедобывающих объектах, на трубопроводах, на транспорте. Высокую степень угрозы несут кибероперации против систем управления вышеперечисленных объектов.

При разработке защитных мер в Арктическом регионе следует решительно отказаться от традиционного линейного видения войны, которое предполагает возможность установления прямых и пропорциональных связей между причиной и следствиями, возмущающим воздействием и результатами. В гибридной войне, построенной на нелинейной стратегии, малые воздействия могут обеспечить получение значительных результатов. Фактор нелинейности гибридной войны существенно меняет степень достоверности прогнозирования возможных последствий конфликта как в масштабе Арктического региона, так и в глобальном масштабе.

В гибридной войне последствия использования непрямых методов создают крайне опасную, зачастую неподконтрольную инициаторам ситуацию. В результате нарушения прямой связи между причиной и следствиями создаются обширные зоны неопределенности, связанные с действиями разнородных акторов, а действия одного из них могут вызвать лавинообразное изменение всей военно-стратегической и политической обстановки. Эти и некоторые другие факторы создают серьезные препятствия при попытках предвидеть ход и исход гибридной войны.

В-четвертых, гибридная война нелегитимна. Все существующие законы войны разработаны, как правило, для конфликтов между двумя воюющими сторонами, обычно государствами, преследующими интересы, которые каждый из участников считает законными. Для традиционной войны ООН приняла понятия «агрессия», существуют законы, защищающие права комбатантов, военнопленных и гражданского населения, запрещающие использование определенных видов оружия. Существующая нормативно-правовая база служит инструментом для лиц, принимающих политические решения и осуществляющих руководство военными действиями. Ничего подобного для гибридной войны нет.

И наконец, требует уточнения понятие «стороны конфликта», которые в войне выступают как носители конфликта. Гибридная война в Арктике не объявляется, стороны конфликта не определены, в то время как традиционно считается, что конфликт как фаза противоречия возможен лишь тогда, когда его стороны представлены субъектами. Где субъекта нет – не может быть конфликта.

Если в гибридной войне одним из очевидных субъектов выступает государство – жертва агрессии, то определить самого агрессора как вторую сторону конфликта не просто.

При этом факт гибридной агрессии становится очевидным не сразу. Этот тезис следует в первую очередь отнести к важным составляющим гибридной войны – информационной и кибернетической войнам. В обоих случаях сложно определить и субъекта агрессии. Эти и некоторые другие факторы создают серьезные препятствия при прогнозировании обстановки и стратегическом планировании мер по противодействию гибридной войне в Арктике.

«Трение войны»

С учетом своеобразия арктического театра огромное значение для понимания гибридной войны как сферы неопределенного и недостоверного имеет феномен введенного К. Клаузевицем понятия «трение войны». В своих трудах военный теоретик справедливо подчеркивал, что «трение – это единственное понятие, которое, в общем, отличает действительную войну от войны бумажной». Иными словами, на войне от задуманного до реализуемого на деле может быть огромная дистанция. Справедливость этого суждения особенно верна для гибридной войны в Арктике с учетом непредсказуемости и неопределенности конфликта, особой чувствительности возможных объектов поражения к малым воздействиям, способным повлечь за собой масштабные последствия. Особенности гибридной войны как конфликта неопределенного и недостоверного, в котором участвуют разнородные силы и средства, превращают трение в источник существенных возмущающих воздействий на ход действий, которые под влиянием трения войны часто становятся малоуправляемым и даже неуправляемым процессом.

Для традиционной войны можно выделить семь источников общего трения: опасность; физическое напряжение; неопределенность и недостоверность информации, на основе которой принимаются решения; случайные события, которые невозможно предсказать; физические и политические ограничения в использовании силы; непредсказуемость, являющаяся следствием взаимодействия с противником; разрывы между причинами и следствиями войны.

Для гибридной войны в Арктическом регионе список источников трения может быть расширен.

Во-первых, с учетом масштабности экономических интересов государств, претендующих на свою долю в арктическом поле, географии их размещения и специфики подхода к существующим проблемам возрастает психологическое напряжение, стрессы, что способствует повышению вероятности ошибки.

Известно, что многие современные конфликты происходят на межцивилизационных разломах. Влияние этого фактора на возможное обострение обстановки в Арктике повышается в связи с расширением цивилизационного разнообразия претендентов на арктическое поле.

Во-вторых, мощным источником возмущающих воздействий, провоцирующих сбои в системах управления, являются действия в киберпространстве, направленные против систем управления на нефте- и газодобывающих объектах и трубопроводах.

В-третьих, в информационной войне для манипулирования деятельностью природозащитных групп уже сегодня широко применяется дезинформация, что способствует созданию обстановки хаоса и неразберихи.

И наконец, в результате трения казалось бы незначительные явления и факты, происходящие на тактическом уровне, получают мощь и способность стратегического катализатора, способного влиять на ход всей военной кампании. Существуют каскадные механизмы усиления, которые позволяют в ходе войны малым событиям запускать совершенно неожиданные и непредсказуемые процессы, не поддающиеся количественной оценке в рамках какой-либо теории. В арктическом секторе в гибридной войне против России каскадными механизмами-катализаторами могут выступить рукотворные техногенные катастрофы на гражданских и военных объектах, теракты на коммуникациях с большим количеством жертв, нарушение поставок жизненно важных продуктов и средств в труднодоступные арктические районы.

Совокупность источников трения обычно оказывается больше их простой суммы, поскольку одни виды трения взаимодействуют с другими, что еще больше наращивает их разрушительный результат.

Трение в зонах неопределенности в гибридной войне связано с проявлением многих случайностей и вызывает явления, которые заранее учесть невозможно. Таким образом повышается вероятность случайных инцидентов, расширяющих масштабы конфликта. Особенно это опасно в гибридной войне в Арктике, в которой замешаны интересы ядерных держав.

Таким образом, источники трения в существенной степени определяют структурные свойства гибридной войны, эффективность операций, стратегию и тактику противодействия.

Как и в любой другой войне, в гибридной войне в Арктике существуют своеобразные «смазки», которые позволяют уменьшить трение в любой военной машине, в том числе и в гибридной войне. Это использование в дипломатии гибких адаптивных политических стратегий. Важно наличие боевого опыта и военной подготовки у участников, специальной экипировки, военной техники и оружия, рациональная дислокация сил и средств, строгая дисциплина, продуманная информационная стратегия, заблаговременное создание эффективных каналов добывания, передачи, обработки и анализа данных об обстановке и др.

Для гибридной войны уникальной «смазкой» служит полное отсутствие у нее легитимности и подчиненности международным нормам и правилам, что делает допустимым на этой основе проведение самых грязных провокаций с привлечением сил специальных операций, использованием манипулируемых террористических групп и организованной преступности. Нельзя исключить и применение бактериальных средств против животных, например возбудителей сибирской язвы, ящура, чумы, сапа, ложного бешенства и т.д.

Закономерные выводы

Арктика представляет собой чрезвычайно лакомый регион для геополитических противников России, которые уже не раз демонстрировали способность нарушить любые международные договоренности, если это соответствует их национальным интересам. Исторический опыт не позволяет рассчитывать на безусловное уважение закрепленных в договорах суверенных прав и юрисдикции России в арктических акваториях и на шельфе. Подобные факторы наряду с известными проблемами с обоснованием внешних границ континентального шельфа России в Северном Ледовитом океане за пределами исключительной экономической зоны создают условия для попыток арктических, некоторых неарктических государств и их коалиций использовать для давления на Россию изощренную стратегию непрямых действий, построенную на формировании и реализации спектра гибридных угроз.

Эффективность противодействия гибридной войне в Арктике будет зависеть от того, насколько полно удастся предвидеть и учесть ее особенности с целью адекватной и оперативной адаптации к быстро изменяющейся обстановке, что позволит опередить соперников и не допустить трансформации вызовов и рисков в реальные опасности и угрозы национальным интересам государства в жизненно важном регионе.

Источник

Заседание Госкомиссии по вопросам развития Арктики состоится 13 декабря в Москве

Реализацию в 2016 году государственной политики России в Арктике обсудят на заседании Госкомиссии по вопросам развития Арктики 13 декабря в Москве.

Также члены Госкомиссии обсудят развитие экспедиционной деятельности в целях реализации комплексных научных проектов в Арктике, в т.ч. в рамках международного сотрудничества, а также план работы Госкомиссии на 2017 год.

Заседание пройдет под председательством заместителя Председателя Правительства РФ Дмитрия Рогозина. В заседании примут участие представители федеральных органов исполнительной власти, главы арктических субъектов РФ, представители бизнеса и научных организаций.

Заседание состоится 13 декабря 2016 года в 15:00 в овальном зале Дома Правительства.
Аккредитация СМИ по email: press@arctic.gov.ru

 

 

 

Пришло время возобновить диалог с соседом?

Диалог с русскими не означает, что мы соглашаемся с аннексией Крыма, или что мы недооцениваем значение международного права. Это также не делает нас плохим союзником НАТО. Это означает всего лишь, что мы готовимся к разрядке.

Взаимное вооружение без диалога, устраняющего недоразумения, напротив, является опасным. Может быть, пришло время возобновить двусторонние переговоры с Россией?

Нет никакого сомнения в том, что картина мира резко изменилась после того, как Россия в нарушение международного права аннексировала Крым. Риторика поставлена с ног на голову — от заявлений о том, что отношения между Норвегией и Россией никогда не были лучше, до слов о том, что Норвегия является единственным соседом России, с котором Россия никогда не воевала. Наши политики почти больше не встречаются на национальном уровне, с обеих сторон границы введены санкции.

Ухудшение отношений

Во время «Баренц-дебатов», организованных в Осло на прошлой неделе Баренц-секретариатом, старший научный сотрудник Норвежского института внешней политики Юлие Вильхельмсен (Julie Wilhelmsen) и бизнесмен Атле Берге (Atle Berge) из компании Ølen Betong Murmansk подробно рассказали о высылке их из России и о том, как их назвали так называемой угрозой для безопасности российского государства. Журналист-международник Эйстейн Борген (Øystein Borgen) канала TV2 рассказал о том, как подвергался преследованиям со стороны российских властей во время съемок Олимпиады в Сочи.

Растущая потребность в диалоге

После таких событий, вероятно, можно подумать, что страх — это то, что характеризует советы специалистов по России. Но вместо этого они критиковали западных политиков, принимающих решения, за ошибки в своей политике по отношению к России. «Путина загнали в угол, а Запад не выдвинул ни одного конкретного предложения о том, что нужно сделать, чтобы выйти из тупика», — заявил Борген.

«Норвежское правительство ведет неправильную политику по отношению к России и должно учиться», — заявил Берге.

«Морализаторский подход Норвегии, изоляция и наказание России действуют не только на Путина, но и на большую часть народа. Наивно полагать, что мы извне можем изменить Россию с помощью этих средств воздействия. Пришло время стать более внимательными в риторике», — сказала Вильхельмсен. 

Они все пришли к выводу о том, что диалог и практическое сотрудничество важны для того, чтобы Арктика по-прежнему оставалась зоной мира. Потому что только через практическое общение мы можем понять друг друга. 

Совместные проекты создают доверие

И это является ядром сотрудничества в регионе. Когда люди работают вместе, возникает взаимное уважение. Мы знаем, что успешное сотрудничество между людьми переходит потом и в большую политику. На норвежской и на русской стороне политики заявляли, что дух доброго Баренц-сотрудничества позволил добиться таких важных результатов, как разделительная линия (в Баренцевом море — прим. пер.) и введение удостоверения жителя приграничного района.

Открытое окно

Благодаря Баренц-сотрудничеству у нас по-прежнему открыто окно в Россию. И в России, и в Норвегии бытует мнение о том, что сотрудничество должно продолжаться на региональном уровне. Недавно министр региона Тромсе Сесилие Мюрсет (Cecilie Myrseth) и губернатор Марина Ковтун подписали новый договор о дружбе между Тромсе и Мурманской областью.

В Архангельске губернатор называет Баренц-сотрудничество успешным примером для остального мира, потому что региональные руководители продолжают говорить друг с другом, несмотря на вызовы на национальном уровне.

Избегать опасных ситуаций

Норвегия обладает уникальным опытом соседства, благодаря которому мы можем позволить себе иметь несколько более самостоятельную внешнюю политику по отношению к России. И здесь диалог является одним из методов, в использовании которого у нас есть хороший опыт.

Недостаток контактов опасен, потому что он ведет к неуверенности. Во время, когда идет вооружение обеих сторон, могут возникать опасные ситуации. Политический вакуум может привести к недоразумениям и создать острые ситуации. Чтобы предотвратить это, мы должны использовать имеющиеся у нас методы.

Диалог — это ответ

Ежедневно сотрудничая, мы пытаемся построить мост между эпохой до Крыма и новой ситуацией в отношениях между Норвегией и Россией. Правительство должно понять, что диалог — это сила, и обеспечить больше переговоров между соседями и на национальном уровне.

В понедельник министр промышленности Моника Мэланд (Monica Mæland) встречалась с российским министром природных ресурсов и экологии Сергеем Донским, ее партнером в норвежско-российской правительственной комиссии по экономическому сотрудничеству. Теперь мы снова обсуждаем с нашим соседом — в первый раз с 2014 года — возможные общие промышленные проекты.

Источник

Осмысление мерзлоты

В Тюменском госуниверситете под руководством академика РАН Владимира Мельникова создана кафедра криософии. Подобных в университетах мира нет. Криософия — наука новая, сибирский ученый — ее основоположник.

Среди сотрудников кафедры — группа видных исследователей из Европы и Северной Америки. В их числе рекордсмен по цитируемости (индекс Хирша составляет 86 единиц) специалист по физике и химии атмосферы Маркку Кулмала из Финляндии, геофизик Владимир Романовский из университета Аляски, яркие таланты из Норвегии, Мексики, США. Половина иностранцев — наши вчерашние соотечественники. Российские ученые живут в Москве, Новосибирске, Екатеринбурге, Тюмени, других городах. Всего в честном содружестве — 43 человека.

У кафедры нет даже скромного помещения в университете. "Наверняка периодически совещаетесь в виртуальном пространстве?" — спрашиваю у Владимира Мельникова.

Владимир Мельников: Когда достроят новый корпус вуза, место нам предоставят. Сейчас отсутствие квадратных метров ничуть не заботит. Кафедра академическая, к преподаванию не обязывает. Время от времени собираемся с коллегами в офисе регионального научного центра. В век онлайн-коммуникаций нет помех для общения, переписки, совместной интеллектуальной деятельности. В договорах все расписано, обязательства каждого известны. При подведении итогов года посмотрим, все ли справились. Кафедра совсем молода — в апреле родилась, но коллектив сильный. К слову, недавно одного сотрудника приняли в членкоры РАН, трое молодых защитили кандидатские диссертации.

Российская газета: И ни у кого нет желания поделиться со студентами знаниями?

Есть, и еще какое! В планы следующего года заложим чтение показательных лекций. Студенты в ожидании. Кто откажется послушать, к примеру, Маркку Кулмала? Опубликовано 750 его работ, пару десятков тысяч раз они процитированы. Маркку — автор масштабного евразийского проекта PEEX — формирования глобальной сети наблюдения за изменениями среды и климата. Он профессор университета Хельсинки, возглавляет научно-учебный комплекс, расположенный в 320 километрах от столицы. Там, пожалуй, самая совершенная на планете мониторинговая станция, она отслеживает сразу 1200 параметров. Потрясающий объем! Маркку, главный научный сотрудник кафедры, стал почетным доктором ТюмГУ. Он несколько раз посещал Тюмень, был в Салехарде, Надыме. Хочет прилетать к нам регулярно, нести определенную лекционную нагрузку, его ученики и коллеги выигрывают на родине гранты с зачетом работы в России, что позволит им приобретать билеты на перелеты из страны в страну. Заявляются на гранты и некоторые другие зарубежные коллеги.

Насколько известно, профессиор Кулмала горел желанием увидеть на Ямале станцию, оснащенную не хуже, чем в Финляндии…

Так и есть. Станцию нового поколения запустим на научно-исследовательском полигоне близ Надыма. Поставить вышку, обеспечить инфраструктурой — дело нехитрое. Но принципиально важен класс аппаратуры. Смонтируют финскую, о которой я уже упомянул. Она позволит включиться в международную сеть для обеспечения междисциплинарного долгосрочного проекта, нацеленного на доскональное изучение проблем окружающей среды с учетом влияния индустрии, прочих факторов. Излишне объяснять, насколько это важно для нашего государства, для выстраивания его стратегии и тактики при освоении труднопредсказуемой Арктики. Аппаратура, конечно, дорогая. Ее приобретение спонсируют топливно-энергетические компании. Губернатор Ямала Дмитрий Кобылкин убедил их посодействовать важному для страны делу. Вот бы еще найти возможности для строительства такой же станции в Тюмени.

А она нужна?

Да. Ее радиус действия — тысяча километров, с охватом районов Полярного Урала, Красноярского края, Югры, Свердловской и Омской областей. Для меридиональных замеров по всей зоне Западной Сибири — от Карского моря до Северного Казахстана — надо располагать второй станцией на юге края, предпочтительно в окрестностях Тюмени. 1200 параметров — это всеобъемлющее сканирование. Как теоретикам и практикам грамотно, с максимальным КПД использовать такой огромный массив информации, пока не знаю. Будем учиться у соседа из Скандинавии.

И все это имеет отношение к философии холодных пространств?

Конечно. Климат во многом формирует образ жизни, мышление, определяет поведенческие реакции людей, провоцирует — при резких изменениях состояния природной среды — социальные катаклизмы. Возьмем летнее ЧП на Ямале — вспышку сибирской язвы. Возникла дискуссия, что же явилось первопричиной и способствовало распространению болезни. Одни говорят: мерзлота оттаяла, "вскрылись" могильники зараженных животных. Другие: смертельный вирус переносят насекомые. Третьи: к беде привел отказ от вакцинации животных. Четвертые: к катастрофе подтолкнуло истощение пастбищ при несоразмерно больших стадах оленей. На самом деле все имеет значение. Нужен комплексный подход. Мы подключили в том числе специалистов-гуманитариев из нашего Института проблем освоения Севера. Кто-то не скрывал недоумения: ради чего объединять их с мерзлотоведами и биологами? Но не следует забывать, что кочевники не мыслят своего существования без оленей. Без них, образно выражаясь, мир рушится, наступает кризис северного социума, основанного на многовековом укладе. Как раз тот случай, когда необходимы междисциплинарные исследования, узкопрофильный подход здесь не поможет, а то и навредит.

Человек — существо агрессивное. По обыкновению он может наступать на Арктику. Но при желании — и бережно вступать в нее. Как вы представляете себе недалекое будущее в высоких широтах?

Если рассматривать освоение цивилизацией пространств планеты, то последовательность этапов такова: речной, морской, океанический. Беру на себя смелость заявить о приближении нордического. Мы научимся сполна использовать ресурсы холода. Пока они неглубоко изучены, поскольку науки о явлениях, свойствах холода молоды, а исследователей криосферы маловато. Кому как не России задавать тон, ведь две трети ее площади — вечномерзлые, она имеет самый обширный выход к Ледовитому океану и самый протяженный морской путь за Полярным кругом. В российской арктической зоне по сравнению с другими государствами циркумполярного мира проживает больше всего людей и больше других занято традиционными северными промыслами. Эти территории позволят совершить скачок в развитии после максимальной технологической адаптации человека разумного к холоду, когда ему будут безразличны температура воздуха, воды, толщина льда, когда он всюду обеспечит себе комфорт. Само собой, адаптация подразумевает сохранение окружающей среды.

Источник

К вокзалам пристроят палату портов

Минтранс предлагает сформировать в создающемся Совете рынка транспортных услуг на железнодорожном транспорте отдельную палату портов. Стивидоры получат либо столько же голосов в органах управления, сколько другие палаты, либо только половину. Железнодорожники при этом считают, что включение портовиков — это правильно, но над выделением им отдельной палаты стоит еще подумать.

Минтранс изменил предложения по структуре Совета рынка транспортных услуг на железнодорожном транспорте, следует из презентации, разосланной к заседанию межведомственной рабочей группы (есть у "Ъ"). Оно должно было пройти вчера, но было перенесено. В новой версии к трем утвержденным уже палатам предлагается добавить еще и палату портов.

Создание совета рынка как органа, объединяющего всех участников отрасли, в начале года инициировала ФАС, в мае вице-премьер Аркадий Дворкович поддержал идею. Концепцию структуры совета в октябре подготовил Минтранс (см. "Ъ" от 31 октября). Предлагалось создать три палаты — потребителей услуг (грузоотправители и грузополучатели), производителей услуг (владельцы инфраструктуры и перевозчики) и операторов (сюда должны войти экспедиторы, стивидоры и сервисные компании). Палаты должны формироваться по принципу удельного веса в сегменте рынка: потребители — по доле груза в объеме перевозок, операторы — по размеру парка. В наблюдательный совет включаются по шесть членов от каждой палаты и шесть представителей госорганов.

Палате портов предлагается дать либо три голоса в набсовете (тогда число представителей госорганов сокращается до трех), либо шесть. Палата также формируется по принципу удельного веса в грузообороте, в ней будет четыре комитета — по Дальневосточному, Балтийскому, Арктическому и Азово-Черноморскому бассейнам. В набсовет войдут по два члена от Дальневосточного и Балтийского бассейнов (30,8% и 34,5% в объеме перевалки в 2015 году соответственно) и по одному — от Азово-Черноморского (26,3%) и Арктического (8,4%).

Наиболее крупные терминалы, которые могут быть представлены в палате,— "Восточный порт" и "Дальтрансуголь" от Дальневосточного бассейна (8,4% и 6,7% в общей перевалке), "Усть-Луга Ойл" (8,1%), "Ростерминалуголь" (5,4%) и "РПК-Высоцк-ЛУКОЙЛ-II" (3,6%) от Балтийского, НМТП и "Транснефть-Терминал" от Азово-Черноморского (5,2% и 3,3%), Мурманский морской торговый порт (5,1%) — от Арктического бассейна. Получить оперативный комментарий от стивидоров не удалось, причем в ряде компаний отметили, что незнакомы с концепцией палаты портов. В ОАО РЖД говорят, что поддерживают любые предложения, направленные на повышение эффективности взаимодействия участников рынка. "Порты играют важную роль в качестве грузополучателей во многих экспортных поставках,— отмечают в монополии,— кроме того, от качества работы стивидоров во многом зависит скорость обслуживания при грузовой перевозке". Вопрос о создании палаты портов "нужно обсуждать", считают в ОАО РЖД.

Источник "Ъ" на рынке говорит, что совет рынка — это объединение производителей и потребителей услуг и порты — это крупнейшие грузополучатели (более 50% грузов, перевозимых ОАО РЖД). По его словам, создать для портов палату предложил на последнем совещании заместитель главы Минтранса Алексей Цыденов. Если порты будут представлены в совете, то больше вероятности найти качественные решения по взаимодействию железной дороги и стивидоров, подчеркивает собеседник "Ъ".

В классическом варианте в совете рынка должны быть только железнодорожники, говорит гендиректор Института исследования проблем железнодорожного транспорта Павел Иванкин, но от портов зависит ритмичность работы железной дороги. "Поэтому участие портов целесообразно, но выделять их в отдельную палату неправильно,— полагает он,— иначе это приведет к созданию совета рынка по всем видам транспорта". По мнению эксперта, совет должен начать работать как железнодорожный, и на втором этапе надо определить, какой статус в нем могут иметь порты.

Источник

Потепление климата угрожает городам российской Арктики

ХХ век – период активного освоения советского Севера. В это время за Полярным кругом было построено множество крупных городов. Все они находятся в зоне вечной мерзлоты, которая начинает подтаивать в результате глобального потепления. Российские и американские учёные – специалисты Университета Джорджа Вашингтона, Государственного гидрологического института, Института криосферы Земли СО РАН и Тюменского государственного нефтегазового университета – оценили опасность климатических изменений для арктических городов. В статье, опубликованной в журнале Geographical Review, исследователи отмечают, что прогнозируемое потепление может повлиять на способность вечной мерзлоты выдерживать городскую инфраструктуру (N. I. Shiklomanov, D. A. Streletskiy, T. B. Swales, V. A. Kokorev «Сlimate change and stability of urban infrastructure in russian permafrost regions: prognostic assessment based on GCM climate projections», Geographical Review, 2016, 106, 1–18, doi: 10.1111/gere.12214).

Вечная мерзлота – подвижная структура. Если строить дома на её поверхности, она будет нагреваться и таять. Поэтому более 75% зданий в области вечной мерзлоты стоят на бетонных свайных фундаментах, чтобы между ними и поверхностью земли была изолирующая воздушная прослойка. Исследователей интересовало, насколько при потеплении климата изменится способность вечной мерзлоты удерживать эти сваи. Несущая способность вечной мерзлоты, то есть максимальная нагрузка, которую можно приложить к одной свае, забитой в мерзлоту, без её поломки или деформации, зависит от температуры почвы и толщины активного слоя, то есть слоя, который ежегодно летом оттаивает, а зимой замерзает.

Учёные определяли влияние климатических изменений на стандартные бетонные сваи 10×0,35×0,35 м. Для этого они использовали параметры модели вечной мерзлоты для песчано-глинистых почв, покрытых толстым слоем органики и живыми мхами, и шесть климатических моделей, наиболее адекватно описывающих климатические изменения в Северной Евразии. На основе этих моделей исследователи создали свою модель, позволяющую оценить влияние климата на вечную мерзлоту с 1965 года (большинство арктических городов было построено примерно в это время) до 2050 года. Дальнейшие расчёты не имеют смысла, поскольку инфраструктура Арктики рассчитана на столетний срок службы.

Согласно многочисленным данным, среднегодовая температура воздуха в Арктике повышается примерно на 0,12 °С в год, и к середине XXI века увеличится в среднем на 4–6 °С. Сильнее всего эти изменения будут заметны осенью и зимой. Но разные модели указывают различную величину и скорость потепления. Оценить изменения высоты снежного покрова ещё сложнее, поскольку разные климатические модели предсказывают его уменьшение, увеличение или отсутствие изменений. Соответственно, и прогноз изменений параметров вечной мерзлоты также получается неопределённым.

По самым консервативным прогнозам, при минимальном изменении климата несущая способность вечной мерзлоты к середине века не превысит 25%. Это значит, что даже старым зданиям, построенным в 1970-х годах, ничего не угрожает, если они возведены с запасом прочности более 25%.

В случае реализации самого экстремального климатического сценария несущая способность мерзлоты для современной инфраструктуры, построенной в 2000-е годы, к середине XXI века сократится на 75–95%.

Конструкция стандартных советских свай не рассчитана на уменьшение несущей способности более чем на 55%.

Вне зависимости от климатического сценария наиболее сильные изменения произойдут в северо-западной области российской вечной мерзлоты. В том же регионе сосредоточены основные запасы нефти у угля, и с 1980-х годов его активно застраивали. Населенных пунктов там много, и потепление климата может затронуть около 350 тысяч человек.

Помимо климата, на мерзлоту влияют и антропогенные факторы: строительство дорог и инженерных коммуникаций, уборка снега, перераспределение растительности, тепло, которое выделяют промышленные и жилые здания, ослабляют несущую способность фундаментов. Зачастую основной причиной таяния вечной мерзлоты становятся ошибки в планировании, строительстве и техническом обслуживании инфраструктуры города, а не климатические изменения. Ситуация обострилась в 1990-е годы, когда за субсидируемыми арктическими городами перестали должным образом следить. Снег не убирают, канализация протекает, нормы застройки нарушены, в результате мерзлота тает.

Есть технические решения, позволяющие ослабить антропогенное влияние на мерзлоту, но они слишком дороги, чтобы реализовывать их в городском масштабе. Разработку стратегии затрудняет и неопределенность климатических прогнозов.

Модель, которую разработали учёные, создана того, чтобы отделить климатические эффекты от антропогенных. Однако её авторы надеются, что представленные ими результаты могут способствовать развитию новых строительных норм и адекватных стратегий адаптации к потеплению климата для российских северных городов.

Источник

«Гринпис» привлек российских чиновников к протестам против «Таналау»

Проект по строительству нефтяного терминала «Таналау», который должен разместиться в северной части Красноярского края, столкнулся с трудностями в лице «Гринпис». Международная экологическая организация инициировала активную компанию против постройки терминала. 

Нефтяной терминал «Таналау» согласно планам заказчика — «Независимой нефтегазовой компании» (ННК) – будет построен на реке Енисей, в 130 километрах от города Дудинка Красноярского края. Объект является частью грандиозного проекта, направленного на освоение Пайяхского месторождения нефти в регионе. Терминал будет осуществлять прием и отгрузку «черного золота», добытого на шести участках, лицензия на разработку которых принадлежит АО «ННК-Таймырнефтегаздобыча».

На воплощение масштабного проекта, который должен стать катализатором освоения арктической части страны, планируется потратить свыше триллиона рублей. Ожидаемые налоговые поступления в федеральный бюджет по расчетам составляют более 13 триллионов рублей. Новые предприятия позволят трудоустроить свыше 10 000 человек, инфраструктура будет создана «с нуля», включая сотни километров автомобильных дорог, объекты генерации мощностью 300 МВт, электросети, средства связи. Запланировано развитие воздушных, морских и речных перевозок. Огромная часть заказов, среди которых разработка новых технологий по добыче и транспортировке нефти, будет направлена российским судостроительным предприятиям и проектным институтам. 

Строительство нефтяного терминала «Таналау», который будет отправлять танкеры с нефтью по Северному Ледовитому океану в места назначения, является пунктом десятилетней Федеральной целевой программы по развитию российской транспортной сети, рассчитанной до 2020 года. 

Однако у заказчика строительства уже возникли трудности. На пути у «Таналау» встали активисты из «Гринпис» с акцией «Защитим Арктику», которые уже не первый раз пытаются воспрепятствовать освоению арктической части России и снова в тот момент, когда у норвежских нефтедобытчиков появляется конкурент в лице РФ.  Северо-западные соседи переживают, что их планы по экспорту шельфовой нефти на рынок Европы окажутся под угрозой из-за российских ресурсов. Поэтому неудивительно, что терминал «Таналау» столкнулся с протестными настроениями экологических активистов из «Гринпис», организации, живущей на пожертвования, большую часть которых составляют средства от некоммерческих обществ и фондов, также занятых в темах благотворительности и экологии, однако на самом деле защищающих корпоративные интересы их учредителей и меценатов. В РФ «Гринпис» включен в список иностранных агентов, так как основные средства организация получает из-за рубежа. 

Действия защитников экологии пока ограничились попытками «попасть на территорию». Они прочесали участок в районе заброшенного селения Мунгуй, где запланирована постройка терминала, вооружившись заявлением о защите интересов коренных северных народностей. При этом активисты осквернили останки представителей малочисленных ненецких племен, вторгнувшись на территорию местного кладбища и проведя фото- и видеосъемку. Стоит отметить, что ненцы, согласно своим традициям, оставляют покойников в гробах на земле, что и запечатлели люди из «Гринпис». На просьбу не предавать эти материалы широкой огласке в организации категорически отказались, в связи с чем руководитель районной Ассоциации местных объединений коренных малочисленных народов Севера написал заявления на группу экологических активистов «Гринпис» в МВД и на имя прокурора Таймырского Долгано-Ненецкого района, письма направлены также губернатору Красноярского края Виктору Толоконскому и министру природных ресурсов и экологии Сергею Донскому.

«Гринписовцы» также пытались нанести удар по «Независимой нефтегазовой компании» с помощью административного иска. В тундре активистами были обнаружены следы от гусеничной техники, которые они связали с работой «ННК». Отметим, что использование гусениц в этой местности с мая по декабрь запрещено, так как болотистые почвы от этого сильно страдают. Экологи следы сфотографировали и направили иск в краевое управление Росмпотребнадзора, а сам факт находки предали широкой огласке в СМИ. 

Однако дело об административном правонарушении было прекращено заместителем главы регионального управления Виталием Нетребко из-за отсутствия «порчи почвенных покровов» на территории, которая находится за пределами земель, арендуемых АО «ННК-Таймырнефтегаздобыча». Также в постановлении Роспотребнадзора от 25 ноября 2016 года указано, что никаких экологических нарушений и признаков разрушения местных захоронений эксперты не выявили. 

Вымыслом оказалось и заявление «Гринпис» о том, что на месте строительства будущего терминала разрешено разместить скотомогильники для захоронения животных, погибших от сибирской язвы. Однако основной претензией, которую организация предъявляет «ННК», является якобы отсутствие у компании плана действий на случай аварии на танкерах и, как следствие, разлива нефти, что, по словам активистов, грозит экологической катастрофой.

Откуда взялись такие предположения неизвестно, учитывая то, что сам проект по строительству нефтяного терминала «Таналау», пока есть только на бумаге: уже пройдены общественные слушания, есть положительное заключение от экспертной комиссии Росприроднадзора. Сейчас проект проходит стадию согласования в ФАУ «Главгосэкспертиза России». 

Стоит сказать, что впервые в российской истории к требованиям «гринписовцев» присоединились госслужащие. «ННК» получила запрос от заместителя министра природных ресурсов и экологии Красноярского края Дмитрия Еханина, который поинтересовался «стратегической» экологической оценкой «Таналау».

Чиновнику было дано пояснение, что в рамках проекта будут построены танкеры, оснащенные двойным корпусом высокого ледового класса. Их созданием займется суперсовременная судостроительная верфь — «Дальневосточный центр судостроения и судоремонта». Как заверили в компании, на случай ЧС предусмотрены резервуарный парк и возможность временного прекращения транспортировки нефти, службами и есть схема взаимодействия со всеми профильными ведомствами.

Источник

В законе об Арктике забыли про людей

Законопроект «О развитии Арктической зоны в РФ» получил отрицательные отзывы президиума Совета по Арктике и Антарктике при верхней палате парламента.

Во время посещения Мурманской области в июле глава Совета Федерации Валентина Матвиенко сообщила, что законопроект об Арктике будет внесён в Госдуму в осеннюю сессию. В течение шести месяцев работа над законопроектом шла в Минэкономразвития.  В конце ноября документ был представлен на суд сенаторов.  

Четыре причины, почему закон необходим

Нельзя сказать, что арктические территории всё это время находились вне правового регулирования. По словам сенатора от Якутии и председателя Совета по Арктике и Антарктике Вячеслава Штырова, эту функцию выполняют более пятисот  всевозможных правовых актов. Но для развития Арктики нужен единый закон. И для этого есть серьёзные причины.

Причина первая – геополитическая. До 1982 года вся Арктика была поделена на своеобразные сектора между пятью странами – СССР, Норвегией, Данией, США и Канадой. Пока регион считался не более чем ледяной пустыней, это довольно-таки условное деление всех устраивало. Но так продолжалось до того момента, пока в Арктике не были обнаружены огромные запасы углеводородов и других полезных ископаемых. Приарктические страны заговорили о своих национальных интересах.

В 2001 году возник спор между Россией и Канадой по поводу принадлежности подводных хребтов Ломоносова и Менделеева. По мнению отечественных учёных, оба эти хребта являются продолжением Сибирской континентальной платформы. Это, кстати, было подтверждено  российскими подводными  арктическими экспедициями 2007 года. Однако ООН  не удовлетворил заявку России на расширение  Арктической экономической зоны, с формулировкой  «за недостаточностью доказательств». В то же время свои права на  арктические территории заявили  США, Канада, Норвегия и Дания.

Вторая причина – военно-стратегическая. Большой интерес к Арктике проявляют сегодня военные. Связано это как с удобным её местоположением для пуска баллистических ракет, так и с необходимостью защиты арктических границ в свете возникающих территориальных споров. Канадские вооруженные силы уже провели в Арктической зоне ряд учений. В военной доктрине РФ также говорится о создании  «группировки войск  общего назначения в Арктической зоне РФ, способных обеспечить военную безопасность в различных условиях военно-политической обстановки». Вместе с тем Россия последовательно выступает за демилитаризацию Арктики и призывает все арктические государства подписать соответствующую Конвенцию.

Причина третья – социально-экономическая. Развитие Арктики тесно связано с решением социальных проблем в регионе. Одной из них является наметившаяся с 2002 года  тревожная тенденция сокращения численности населения арктических территорий. И хотя население этих зон составляет всего 6 процентов от населения нашей страны, эксперты убеждены, что   территории должны осваиваться не «вахтовым методом», не приезжающими на заработки из других регионов, а именно местным населением. А значит, предстоит решать  вопрос «северных надбавок», механизм которых не пересматривался с советских времен.

Причина четвёртая – Арктика как бизнес-проект. Ярким примером такого подхода стала разработка обновленной концепции Северного морского пути, которая направлена на то, чтобы Россия смогла «зарабатывать», используя своё географическое положение.  Путь по Северному Ледовитому океану втрое короче,  чем маршруты по доставке грузов в азиатские страны через Атлантический и Индийский океаны. Таким образом, наша страна могла бы получать доход от мирового грузопотока. Для этого требуется обновление ледокольного флота, а также реконструкция имеющихся на побережье баз.

Очевидно, что только единый закон о развитии Арктической зоны сможет обеспечить многоцелевое развитие Арктики  и сохранение геополитических интересов России в этой точке земного шара.

Рамочный документ не годится

Перед разработчиками закона стояла непростая задача – дать в новом документе ответы на все четыре вышеозначенных запроса. Надо сказать, что споры вокруг концепции закона начались с первых шагов его создания. 

«Закон должен быть построен не по отраслевому, а по территориальному принципу», – выразил общее мнение  членов Совета по Арктике и Антарктике Вячеслав Штыров.  Исходя из принципа территориальности, Минэкономразвития разработало ключевое понятие будущего закона – опорные зоны. Таких зон, по мысли авторов документа, в Арктике предстоит создать восемь – по числу входящих регионов.

«Мы предлагаем развивать Арктику через систему так называемых опорных зон – проектов планирования и обеспечения комплексного развития арктических территорий, где будут развернуты механизмы частно-государственного партнёрства», – сказал замминистра экономического развития Александр Цыбульский представляя законопроект сенаторам. 

Чиновник сообщил, что опорная зона – это не просто зона с особым льготным режимом, а новый инструмент. «Улучшение качества жизни людей – вот что должно быть в качестве основного критерия развития территории», – считает замминистра. Слова чиновника вызвали немало критики со стороны участников обсуждения.

«Закон, который нам представило Минэкономразвития, следовало бы назвать не законом о развитии Арктической зоны, а законом об опорных зонах. Он получился слишком рамочным. В нём много пустых деклараций, а социальное развитие региона в документе вообще никак не затронуто, – заметил член Комитета Госдумы  по финансовому рынку Алексей Лященко.

Депутат добавил, что люди, проживающие в областях, расположенных в Арктической зоне, возлагают на этот закон большие надежды. «И если мы остановимся в нём только на экономических инструментах, касающихся опорных зон, нас не поймут, – подчеркнул Лященко. – Можно создавать замечательные экономические инструменты, но если забудем о людях, работать с этими инструментами будет некому».

Чего нет и что должно быть в законе о развитии Арктической зоны

Немало недочётов отметили в предлагаемом Правительством законопроекте о развитии Арктической зоны и другие эксперты.

Серьёзной критике подверг документ заведующий кафедрой международного права МГИМО профессор Александр Вылегжанин. «Создаётся впечатление, что международные нормы, принятые другими арктическими государствами, вообще никак в этом документе не учтены», – сказал он.

Вылегжанин обратил внимание на то, что глава законопроекта, посвященная вопросам международного права (а это важнейшая часть документа), написана с применением устаревших терминов. «В международном праве давно разделены понятие «остров» и «скала», у этих объектов юридические режимы совершенно различны, – заметил эксперт. – У авторов законопроекта понятия эти смешаны, что может привести к опасному прецеденту,  когда отдельные скалы на российском арктическом побережье могут перестать считаться нашей территорией.  Поэтому, уж коль скоро мы говорим о том, что закон об арктических территориях должен выражать и защищать  геополитические интересы России в этом регионе, его следует изложить на языке современного  международного права».   

Не устраивает экспертов и то, как отражены в законопроекте экологические проблемы Арктики. Здесь также следует отталкиваться от международных норм. Тем более что пренебрежение ими уже привело к конфликтной ситуации с экологами Гринписа в 2012 году  вокруг платформы «Приразломная».

Считает недостаточно проработанными статьи о социальном развитии региона и глава Комитета Совета Федерации по конституционному законодательству Андрей Клишас. По его словам, законопроекту не хватает комплексного подхода в решении социальных проблем коренного населения.

«Арктический регион – это тяжёлые условия проживания. Другие нормы в оплате труда. Другие затраты на электроэнергию, тепло, услуги ЖКХ. Эти вопросы сегодня в законодательстве недостаточно проработаны.  Именно поэтому население из Арктического региона уезжает. Ясность как раз и должен был внести законопроект о развитии арктических зон. Но этого не произошло», – пояснил сенатор.  

Он отметил и некоторые экономические аспекты, которые также необходимо включить в документ. В частности, огромный вклад в социальное обеспечение региона вносят крупные сырьевые кампании, которые ведут там добычу ископаемых. «Необходимо предусмотреть некоторые   преференции, чтобы у бизнеса была заинтересованность нести эту нагрузку», – сказал Клишас.

Что дальше

Очевидно, что представленный Минэкономразвития документ оказался составлен с явным «перекосом в экономику». Для по-настоящему стратегического документа, определяющего государственную политику в таком непростом регионе, как Арктика, этого явно недостаточно. Эксперты считают, что нынешний вариант закона нуждается в доработке. 

О том, как будет организован этот процесс, пока мнения расходятся. Часть экспертов считают, что к доработке закона следует привлечь, помимо Минэкономразвития, другие министерства. Например, МИД и Министерство труда и соцзащиты. Глава Комитета Совета Федерации по федеративному устройству Дмитрий Азаров склоняется к тому, что принять законопроект можно и в нынешнем виде, сузив его функцию до регулирования экономики опорных зон в Арктике. А затем приступить к разработке других документов, где будет учтена социальная проблематика Арктического региона. О том, какое же все-таки решение будет принято, станет известно в ближайшее время.

Источник

В Арктике будет сформирована единая транспортно-логистическая система

5 декабря в рамках выставочной экспозиции форума «Арктика: настоящее и будущее» состоится презентация единого транспортно-логистического оператора в Арктике «Первый Арктический Консорциум». Первый Арктический консорциум был создан в июне 2016 года. В его состав вошли крупнейшие транспортно-логистические компании России – ООО «Оборонлогистика», ПАО «Совфрахт» и группа «FESCO».

В задачи Консорциума входят разработка и внесение предложений по созданию единой транспортно-логистической схемы доставки грузов и единой тарифной базы стоимости транспортных услуг и перевозок фрахтовых единиц, разработка комплексной модели развития Арктической транспортной системы, создание бесперебойной и многовариантной доставки грузов и пассажиров и увеличение возможностей по перевалке грузов портов Мурманска и Архангельска.

По словам заместителя генерального директора компании «Оборонлогистика» Андрея Кушнирова, основная цель Консорциума – формирование единой транспортно-логистической системы в Арктике. «По Севморпути проходят значительные грузопотоки, однако портовая инфраструктура и качество управления грузопотоками не всегда им соответствуют. Благодаря созданию единого транспортно-логистического оператора в Арктике мы рассчитываем решить имеющиеся проблемы и повысить привлекательность перевозки грузов по Севмпорпути для коммерческих компаний».

Источник

Министры экологии РФ и Норвегии обсудили вопросы сотрудничества в природоохранной сфере

Глава Министерства природных ресурсов и экологии России Сергей Донской и министр по вопросам климата и окружающей среды Норвегии Видар Хельгесен  обсудили в Осло за рабочим ужином вопросы сотрудничества двух стран в сфере защиты окружающей среды. Об этом ТАСС сообщили сами главы ведомств.

"Встреча вышла конструктивной, мы давно не обсуждали эти темы с норвежскими коллегами, — сказал Донской. — Во-первых, мы рассказали об изменениях в российском законодательстве и госрегулировании, которые произошли за последнее время и в сфере обращения с отходами, и в том, что касается модернизации производств и внедрения наилучших доступных технологий. Рассказали о подготовке РФ плана по управлению в Арктике, обсудили темы, связанные с уже полученными результатами по снижению выбросов сажи в арктическом регионе, тему бореальных лесов, климата. Конечно же обсуждалась и тема регионального сотрудничества".

По словам Донского, в природоохранной сфере есть много направлений, которые требуют внимания со стороны обеих стран-соседей.

"Россия и Норвегия давно сотрудничают по экологическим вопросам. У нас общая граница на севере и общие интересы в том, что касается морской экологии, — в свою очередь заявил Хельгесен. — Мы затронули широкий спектр вопросов — от изменения климата в Арктике до трансграничного сотрудничества в сфере борьбы с загрязнением окружающей среды. Обсуждались также тема совместного управления морскими ресурсами".

Хельгесен добавил, что министры коснулись также давно беспокоящего Норвегию вопроса о выбросах диоксида серы с предприятия Кольской горно-металлургической компании, расположенного вблизи границы двух стран. По словам главы ведомства, недавний визит норвежской группы экспертов в российский Никель для изучения этой проблемы "был достаточно продуктивным".

В ходе визита в Норвегию Донской также встретится с министром нефти и энергетики Норвегии Тордом Льеном для обсуждения сотрудничества двух стран по вопросам нефте- и газоразведки и разработки трансграничных месторождений углеводородов. С норвежским министром торговли и промышленности Моникой Меланд он проведет беседу о перспективах возобновления встреч Межправительственной российско-норвежской комиссии по экономическому, промышленному и научно-техническому сотрудничеству. 

Источник